Янтарный меч

Размер шрифта: - +

Глава девятая

Ярина едва не отпрянула, сдержавшись в последний миг. Радушный прием, ничего не скажешь! Не хватало лишь весело потрескивающего костерка, а то можно было бы назвать его горячим. Молчаливые угрюмые селяне напоминали стаю голодных упырей, по сравнению с ними и бункушник милым дедушкой покажется. Идти дальше было страшно, но младенец на руках завозился, безмятежно улыбаясь. Какие уж тут сомнения?

Возглавляла толпу дородная тетка скандальной внешности, а чуть поодаль стоял высоченный плечистый мужчина с обветренным лицом. Единственный, кто не прихватил с собой оружие. Не из человеколюбия, просто лапищи у него были такими, что он мог бы на медведей с одним ножом ходить. Яркая буйная шевелюра цвета осенних листьев, сразу позволяла распознать чужака – местные стриглись коротко. Две косицы змеились от висков, в них серебряными нитями тускнела седина. Взгляд водянисто-серых глаз обвинял, прожигая насквозь. Одежда без вычурности, но богатая: за пряжку с крупными огонь-камнями разбойники выстраивались бы в очередь, окажись она на купце порыхлее. На такую можно год безбедно семью кормить, а то и всю деревню. Из собравшихся на поляне только этот мужчина мог подарить жене дорогущий платок.

Ярина сильней прижала к себе шевелящийся сверток и заговорила, давя страх:

– Ты Ивар?

– Возможно, – зычным голосом отозвался тот. Брови сошлись на переносице, на нее взгляда не поднял, уставившись на ребенка. – Но я тебя не знаю, женщина из леса. В моих краях принято называться, прежде чем вести беседу.

Ярина набрала в грудь воздуха, стараясь ответить так, чтобы голос не дрожал:

– Мое имя Ярина, я... Я здешняя лешачка.

Толпа ощетинилась, угрожающе двинулась вперед, вздыбили загривки волки, скалясь. Торопию пришлось стискивать бока седого пятками, чтобы унялся.

– Ведьма поганая, – послышался гул. Их не пугали ни лесные звери, ни череп, злобно сверкающий глазницами. Зато стоило мужчине поднять руку в воздух, жаждущие расправы замерли.

– Я Ивар, сын Хельмуда. Купец. Зачем звала?

На его лице не проступило ни капли удивления. Он прекрасно знал причину и все смотрел на младенца. Какая нелегкая понесла человека, рожденного быть воином, торговать по дальним весям? Но купец так купец. Тянуть глупо! Торопий молча протянул платок, который она отдала Ивару.

Огромная лапища перехватила тонкую шерсть, пальцы едва уловимо дрогнули, но лицо осталось таким же суровым. Мужчина не сказал ни слова, поэтому Ярине пришлось говорить самой.

– Она выехала из Чернушек утром два дня назад, после бури. Не знаю, что случилось, но лошадь понесла и угодила в болота, потащив за собой телегу. Та перевернулась, придавила госпожу Милаву и… Она погибла. Зато ребенок выжил. Его спасли и принесли ко мне местные кикиморы…

Ивар подался вперед, Ярина уже хотела протянуть ему сына, но стоявшая рядом тетка, кинулась на нее, размахивая кулаками.

– Навье семя! – заорала она, брызгая слюной. – Подменыша нам подсунуть хочет! Дочь мою сгубила, теперь и за нас принялась!

Она коршуном нависла над Яриной, вопрос Ивара заставил ее поутихнуть, но и только.

– Подменыша?

– Ты чужой, ничего про здешнюю нечисть не знаешь. Они душу у дитёв высасывают, навьим холодом заменяют. И растет подменыш похожим на человека, губит всех, кто рядом, потому как силой он людской питается.

Селянские байки! Мать сколько раз твердила, что поселить в теле человека другое существо не могут даже сильнейшие чародеи, этот секрет давно сгинул. Но люди охотнее поверят всякой жути.

Пока Ивар переводил взгляд с тещи на сына, деревенские подбирались ближе.

– Кончить их, и всего делов.

– Ишь, удумала, людей губить.

Горло перехватило. Страх скручивал в узел, накрывал удушливой пеленой, заставляя подчиниться. Броситься наутек. Они могли бы вернуться в лес, но Ярина не знала, сколько сможет удерживать барьер. Хватит ли сил? А ведь оставались еще и жители Хохлатки. Нет, бежать некуда. Она в ответе за тех, кого взялась защищать. И страх отступил, оставляя лишь сорванное дыхание и непонятное чувство, которое Ярина сразу не опознала. Предвкушение и готовность драться! Наследие отца. С таким чувством Сивер бился на кулаках, Нежка таскала за волосы обидчиков, даже Рагдай выходил в одиночку против сельских мальчишек. Кто бы мог подумать, что в ней это тоже есть.

Выход пришел сам – невероятный, безумный – Ярина даже улыбнулась. Ближайшая баба, решив, что над ней глумятся, яростно зашипела. Но теперь это не напугало, только разозлило. Как же нужно упорствовать в своей злобе, чтобы приговорить к смерти ребенка!

– Подержи, дедушка, – попросила она домового, протягивая ему тихонько хныкающего малыша. Хорошо перед выходом искупать его в успокоительном отваре догадалась, иначе бы он уже на всю поляну выражал свое недовольство.

– Бежать надо, - отчаянно выдохнул Торопий, но сам сдвинуться с места волку не дал.

Ивар вздрогнул, подался к ней, то ли собираясь ударить, то ли прикрыть от толпы. Даже если последнее, куда ему одному против взбешенных людей. Волки здесь не помощники, их забьют и затопчут. Поэтому Ярина не стала ждать. Вышла вперед, прикрывая домового с ребенком, ухватила дрын с черепом поудобнее.

– Эй, ты! – закричала она что было сил. Маячивший за толпой колдун обернулся.

– Почему молчишь?! Не стыдно?

Над поляной будто выргонь* пронеслась: люди застыли, не в силах поверить, что к их господину обращаются с такой вопиющей наглостью. Как отреагировал колдун, девушка заметить не успела.

– Ах, ты, дрянь! – взвизгнула бабка малыша. В ее руке мелькнул камень. Со свистом булыжник разрезал воздух, метя в голову, но прежде, чем Ярина успела закрыться, рассыпался яркими искрами. Нападавшая завыла: она прижимала к груди опаленную ладонь и ревела белугой, вопли ввинчивались в уши, пока не пропали в один миг, словно кто-то приглушил на поляне звуки.



Ольга Ромадина

Отредактировано: 13.03.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться





Похожие книги