Закон Всесожжения

Размер шрифта: - +

Глава 14. Дан борется с собой

Глава 14. Дан борется с собой.

Почти весь день я провел в больнице. По стенкам восстановительной камеры скользили значки, диаграммы и линии. В голове копошились сомнения и тревоги. Медленно заживали синяки и трещины в ребрах. Душу захватила растерянность. До прошлого вечера я был полностью уверен в том, чего хочу от жизни. А оказалось, даже не представлял, что такое жизнь. Тело оставалось неподвижным, а вот мысли пустились в пляс. Уж лучше бы с больными ребрами походил!

После заживления, когда спустил ноги на плиточный пол, я даже удивился – в мире еще осталось, на что можно опереться. Полжизни готовиться к тому, что в итоге окажется совершенно тебе не подходящим. Блеск! Я утратил ориентиры и решимость, не знал, что говорить и делать. Ругал себя за то, что не отказался от всего, когда была возможность. Но там, в кабинете, как можно было показать страх, растерянность? Отец хотел видеть меня сильным и волевым, и я старался быть таким. Отказаться, уйти – сбежать! – это ли не предательство? Это ли не трусость?

«А разве не трусость притворяться, что все нормально, когда ты знаешь – ничто не нормально?»

Нет, я не жалел ведьм – видел, на что они способны. Но стал думать: не повел ли отец себя неправильно с самого начала? Ведь, по-честному, кому было плохо, пока колдуны жили в тени? Страдали мы так сильно, как говорил отец? Или это всего лишь предлог для… Чего? Бойни? Жестокости? Но отец не был жестоким человеком, таким он стал в последние годы. А я слишком доверял ему, верил слепо, истово и не заметил, как он изменился.

И увиденное в лесной хижине тоже не добавляло спокойствия. Почему никто не знает о монстрах, которые могут исчезать и служить колдунам? Те девицы, странные сестрички, ведьмы они или кто? Если и ведьмы, то таких раньше не было – ничем их не возьмешь.

А еще Феликс и его… методы. Никто не удивится, когда услышит его рассказ, наоборот, люди станут восхвалять бравого инспектора, который на самом деле всего лишь убил девчонку, неспособную себя защитить. Свет костра, в котором она сгинула, высветил иную сторону инспекции: то, что раньше казалось правильным и благородным, обернулось грязью, кровью, уродством. Неужели я хочу посвятить свою жизнь этому? Но вот вопрос: а что делать-то?

Позже, сидя дома перед компьютером, я узнал, что странные сестрички были внучками Агаты Дроздовой – первого «успеха» инспекции. После ее смерти Тайный совет передал отцу огромную власть. Именно тогда люди перестали коситься на него, а начали слушать с раскрытыми ртами и следить за каждым шагом. Во многом благодаря ролику, в считанные часы разлетевшемуся по Сети и вложившему почти в каждую голову мысль об опасностях, о которых люди даже не задумывались, а также о необходимости и важности инспекции. Еще бы, видео длительностью меньше пяти минут запечатлело, как интеллигентного вида пожилая дама мечет молнии и расшвыривает мужиков взглядом – трудно не поверить, что ведьмы – вселенское зло. С того дня Лазар Мереш стал народным героем. С того дня мы почти перестали общаться.

За несколько часов сестры Дроздовы наворотили дел: свели с ума четверых инспекторов (один покончил с собой в клинике) и уничтожили дом своей бабушки. Последнее было странней всего: зачем? Особняк скрывала сила наподобие Купола в Центре. Никто не мог ее пробить, так зачем лишать себя прекрасного убежища, которое в разы лучше халупы в лесу?

Смешно сказать, раньше многие в инспекции жаловались, что колдуны попрятались, видите ли, заниматься нечем. Однако стоило мне на день «отлучиться» произошло много интересного. Например, некая ведьма две ночи подряд бродила по городу и отправила в больницу почти двадцать человек: кого с ожогом, кого с переломом. Схватить ее так и не смогли, а газеты раздули шумиху: мол, главный инспектор теряет хватку прямо перед заседанием Совета Конфедерации. А тут еще поползли слухи, что всех обвиненных в пособничестве колдовству будут казнить.  Вчера почти четыреста человек устроили на площади Пятерых митинг.

Я долго ждал, пока отец вернется, хотел поговорить с ним. Возможно, отказаться от службы. Но время перевалило за полночь, а отца все не было, и я со смесью разочарования и облегчения улегся спасть. А на следующее утро выбора уже не оставалось: пришло сообщение от Феликса.

«На работу»

Зеленые буквы светились на предплечье. Сорвать бы телефонный браслет и вышвырнуть в окно. Вместо этого я покорно собрался и выехал в инспекторский центр.

Феликс встречал на пороге – будто специально, чтобы не дать мне поговорить с отцом! Он то ли не ночевал дома, то ли ушел слишком рано, повидаться не удалось. И вряд в ближайшее время получится: через три дня заседает Совет Конфедерации, и отцу предстоит держать перед ним ответ. Поговаривали, что президент Лександрии собирался объявить инспекцию вне закона и потребовать ее роспуска. Сплетни сплетнями, а отец поручил специалистам подготовить юридическое обоснование. Основной идеей должно было стать, что колдуны – не люди, то есть гражданские права на них не распространяются.

- Наконец-то, – буркнул Феликс, завидев меня. – Я тороплюсь, так что слушай и не перебивай.

Двое инспекторов вышли из дверей и поздоровались с ним, а на меня будто бы не обратили внимания. Что и говорить, с друзьями у меня негусто. В школе вместо вечеринок я тренировался в зале или занимался с отцом, да и в инспекции завязывать отношения не с кем было – ровесников раз, два и обчелся, а остальные считали меня слишком молодым и негодным. Теперь вот, похоже, правда о первом задании просочилась наружу, несмотря на усилия отца.



LazyD

Отредактировано: 29.04.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться





Похожие книги