Закончен школьный роман...

Размер шрифта: - +

Часть пятая. Глава 1

1

Лада шла по улице и что-то ворчала себе под нос. Обычно она грациозно проплывала в нужном направлении, ни на кого не обращая внимания: спина прямая, гордо поднятая голова, взгляд в никуда. Разговор «сама с собой», причём весьма недовольным голосом, как правило, не вписывался в каждодневный образ ее поведения.

Ника нагнала сестру почти у самого подъезда.

– Ну и черт с ним! Лучше вообще никуда не поеду! – сердито пробормотала Лада, уставившись Нике в глаза.

– Та, мгновенно сообразив, в чем дело – на что еще неадекватно реагирует Лада в последнее время, точнее, на кого? – невинно предложила:

– Может, вам расстаться с Мишкой? Он странно влияет на тебя. Ты сама на себя не похожа.

Лада хмыкнула.

– Будешь тут похожа! Сначала он убежденно сообщает, что мы едем через две недели, а сегодня говорит, что на следующей.

– А тебе-то какая разница?

– Большая! Не могу я на следующей! – сестра упрямо поджала губы и отвернулась от Ники.

– Почему?

– Да потому! – она рывком расстегнула сумку и увлеченно занялась поисками ключа. – Знаешь, бывают такие дни, не самые подходящие для поездки куда-то с парнем.

– А-а! – понимающе протянула Ника, отпирая дверь.

Она шагнула в прихожую, открыла рот в стремлении сказать еще что-то и замерла.

Стоп! Она совсем упустила из виду!

Лада налетела сзади.

– Ты чего?

– Нет. Ничего.

Обычно, второго или третьего числа каждого месяца… А сегодня какое? Сегодня уже двадцатое. Может, она просто забыла? Ну, конечно! Столь приятные вещи вряд ли могут остаться незамеченными.

– Занимательная получится поездочка! – все еще ворчала Лада. – Полсумки прокладок и упаковок «Ношпы»! – и внезапно сменила тон: – Ника, да что с тобой? Что ты стоишь, как столб?

Ника развернулась.

– А почему ты уверена, что именно на следующей?

– Как обычно! – пожала плечами Лада. – Без задержек.

– А отчего случаются задержки?

– Ника, ты словно маленькая! – сестра распахнула дверь ванной. – Какая-нибудь патология.

– Чего?

– Самое невинное, например, вследствие вирусной инфекции. Или акклиматизации. Или начала половой жизни. Но это не дольше двух недель.

– А если три или четыре?

– Тут, по большей части, одна патология.

И что к ней привязалось это пугающее слово!

– Какая еще патология?

– Беременность!

Дверь закрылась, щелкнул шпингалет. Ника тихо осела на тумбу для обуви.

Только не надо сходить с ума и себе самой создавать проблемы! Господи, неужели она беременна? Нет, нет, нет! Не может быть! То есть быть-то как раз может, но именно ребенка ей сейчас и не хватает. Совсем не время. Совсем ни к чему. Скорее всего, и Филипп не испытает восторга, узнав о ее положении. Нет, нет, нет! Какие дети! У нее и мысли еще никогда не возникало о необходимости завести ребенка. Еще рано!

А может, зря она паникует? Вроде уже и живот побаливает, не сегодня так завтра начнется.

Ника затаила дыхание, прислушиваясь сама к себе.

Интересно, что она пытается услышать?

Надо успокоиться! Почему она с такой легкостью поверила, что беременна? Необходимо убедиться точно. Или сначала поделиться своими предположениями с Филиппом? Его это касается не меньше, чем ее.

Что он скажет? Ничего не скажет. Он потеряет дар речи и только подумает про себя: «Как не вовремя!» А вдруг, жутко обрадуется? Но ведь сама-то она ни капли не обрадовалась, и ей без конца хочется повторять, как заклинание: «Только не это! Только не это! Только бы все обошлось!»

Весь вечер и следующий день Ника заставляла себя не думать о возможном. Честно говоря, ничего не хотелось предпринимать, а только повторять и повторять без конца заветные слова и надеяться, что так и случиться. Очень трудно держать переживания в себе, Ника не из тех, кто способен бесконечно маяться в одиночестве. Но с кем поделиться? С мамой? И свести ее с ума. С Ладой? С Мариной? Вот уж эти, наверняка, посоветуют: «Расскажи Филиппу». А как ему рассказать? То он занят, то сама Ника занята. Никак не удается им встретиться, чтобы хватило времени и сил для подобного разговора. Об этом же нельзя сказать, случайно встретившись утром в подъезде.

Ника заехала в клуб, как просила Лариса, но никого там не нашла, и еще более раздосадованная и рассерженная двинулась по улице к ближайшей трамвайной остановке. Но тут ей попалась летнее кафе, и она решила остудить разжигавшие ее чувства глотком сока или холодного лимонада.

Столики стояли у самого края тротуара, отделенные от дороги лишь узкими цветочными клумбами да невысоким заборчиком. Ника присела за единственный свободный, бросила на соседний стул сумку. Через какое-то время возле нее остановилась девушка со стаканом лимонада в руке, воспитанно поинтересовалась нежным, тонким голосом:

– Можно?

Ника кивнула. Девушка поставила стакан на столик и, не заметив, уселась прямо на Никину сумку, но тут же вскочила, покраснев от смущения.

– Ой, извини!

– Ничего страшного, – успокоила ее Ника, поспешно сдергивая свою сумку со стула, но девушка уже устроилась на другом, очень приятно и все еще смущенно улыбаясь.

– Ты не обиделась? – она доверчиво заглянула в глаза. – Я сегодня такая взволнованная, что ничего не замечаю по сторонам.

Нет, на нее невозможно было обижаться. Удивительно миленькая и хорошенькая, со слегка вьющимися светлыми волосами и ясными голубыми глазами она невольно заставляла всех, глядящих на нее, умиляться и добреть. Даже самый конченый пессимист на последней стадии депрессии улыбнулся бы ей в ответ. Она доверила впервые встреченной ею Нике свои переживания, словно хотела загладить этим свою случайную оплошность.



Виктория Эл

Отредактировано: 22.04.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться





Похожие книги