Закончен школьный роман...

Размер шрифта: - +

Часть пятая. Главы 4-5

4

Последний экзамен, баян, прошел, не только с музыкой, но и с шумом, и с треском. Все перечисленные не входящие в программу звуки производила Лена Костерина, добровольно взявшая на себя странные обязательства заботиться о моральном облике Ники.

Пьеску Ника сыграла, прямо сказать, ужасно, зато старалась и переживала от души. Преподаватель баяна заметил ее нервные усилия и оценил аж на «хорошо». Костерина получила «удовлетворительно», хотя считала, что музицирует ничуть не хуже Ники. Выходя из кабинета и сердито стуча по ладони «зачеткой», она усмехнулась и громко произнесла:

– Жалко, что в училище большинство преподавателей женщины.

На ее заявление обратили внимание и уточнили:

– Почему?

– Были бы мужчины, некоторым и к экзаменам готовиться бы не пришлось. Немного страстно попыхтела перед мужиком – и оценка в кармане!

Она красноречиво взглянула на Нику и невинно поинтересовалась:

– Кто тебя сегодня провожает?

Ника попыталась стойко промолчать, но не получилось.

– Еще не решила, – озабоченно пробормотала она. – Представляешь, потеряла список, и вся очередь сбилась.

Костерина хмыкнула и обошла Нику стороной, будто брезговала подходить слишком близко. Ника с досады чуть не запустила ей вслед стоявшим на подоконнике цветочным горшком.

– Не обращай внимания, – посоветовала Маша. – Она на тебя злится из-за Гришки.

– Кого?

– Гришки Голубева. Она в него втрескалась еще на первом курсе, а он все вокруг тебя увивался.

Ника прислонилась к стене и тихо простонала.

– Только из-за Гриши мне проблем и не хватало! – но убивалась она недолго, попробовала рассудить здраво: – Он ведь уже полгода как закончил училище. И вокруг меня он увивался исключительно по общественной линии. И вообще, у него же была девушка! Он, вроде как, и женится на ней собирался.

Маша пожала плечами.

– Видишь ли, какая-то там незнакомая, неизвестная девушка – это совсем другое. А тут ты! Живая, реальная.

– Безропотная и беззащитная, – прибавила Ника и воскликнула отчаянно: – Мне чертовски не везет в любви, а обо мне ходит слава шлюхи!

– Ерунды хоть не говори! – укоризненно глянула подружка. – И почему это тебе не везет в любви?

Все! Сил больше нет молчать. Пусть все узнают и пожалеют ее, горемычную!

– Ты же еще не в курсе, – вспомнила Ника и коротко рассказала Маше, как случайно оказалась свидетелем свидания своего ненаглядного, горячо любимого Филиппа с другой девушкой.

– Да-а-а! – растерянно протянула Машка. – Если бы не ты говорила, ни за что бы не поверила. Он же от тебя без ума был!

– Без ума и остался, – Ника ехидно усмехнулась. – А кстати, как твой тест?

Маша махнула рукой.

– Никак. Он мне не пригодился. Прихожу домой после аптеки, а там... – она целомудренно умолкла и облегченно улыбнулась. – А я-то испереживалась! Нет, теперь полный контроль!

Хорошо, хоть у Машки все в порядке. Ника почувствовала зависть. Ей жутко хотелось с тем же облегчением воскликнуть: «А я-то испереживалась!»

И опять встретился Стас. И пока он не успел еще близко подойти, Ника предупредительно выставила ладони вперед, отгораживаясь, и торопливо проговорила:

– Пожалуйста, больше не пытайся меня соблазнить!

Стас рассмеялся.

– Извини. Увлекся прошлый раз. Шок от встречи. Больше не буду.

И перевел разговор на интересующую его тему.

– Ты так и не надумала?

– Не торопи меня, не надо, – взмолилась Ника.

– Но почему, почему ты до сих пор сомневаешься?

– Никак не решаюсь сказать родителям.

– Хочешь, я скажу? – предложил Стас.

– Нет! – завопила Ника. – Ты что, рехнулся!

Ах, Стасик, она бы, честное слово, не раздумывая более, поехала бы с тобой, но прежде, чем уезжать, ей следовало принять решение гораздо более важное, более трудное, чем согласие на внезапный отъезд.

5

Результат теста опять «положительный», и уже почти полтора месяца прошло. Какие могут быть сомнения? Надо обязательно, обязательно рассказать маме. Кто еще поможет? Да и глупо скрывать от родителей, а тем более, делать аборт в тайне от них. Папу, конечно, можно в известность не ставить. Но мама...

А как с ней заговорить? Надо ляпать с налета, иначе, и сама испугаешься, и маму изведешь недомолвками.

Описать выражение маминого лица после ее внезапного заявления, Ника вряд ли смогла бы, не нашлось бы достаточно выразительных эпитетов. Но через некоторое время маме все-таки удалось вернуться к более-менее нормальному состоянию, и она уже смогла говорить.

– Ника, ты уверена? – растерянно переспросила мама.

– Конечно, не на сто процентов, но на девяносто девять, – попробовала пошутить Ника, чтобы слегка разрядить обстановку, но тут же сама стушевалась. – Я два раза делала анализ, и оба раза «положительно». Ты думаешь, это не повод для уверенности?

Мама сжала губы.

– А Филипп в курсе?

– Нет.

Обычно, родители узнают последними о таких вещах. И мама насторожилась.

– Кстати, что-то давно его не видно. Вы поссорились?

Дочь промычала в ответ нечто неопределенное, но, кажется, скорее утвердительное, чем отрицательное.

– Самое время! – заметила мама. – Может, пора сказать ему?

– Сказать? – почему-то испугалась Ника. – Нет! Ни за что!



Виктория Эл

Отредактировано: 22.04.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться





Похожие книги