Закончен школьный роман...

Размер шрифта: - +

Часть пятая. Главы 19-20

19

 Неожиданно нагрянула Марина, нарядная и торжественная, но с недоуменно вытаращенными глазами.

– Зацени, как я выгляжу. Не очень по-идиотски?

– Прекрасно, – успокоила ее Ника, тактично умолчав о выражении лица, не совсем гармонирующем со стильной одеждой – не навеки же застыла ее физиономия! – А куда это ты собралась?

– На свидание, – странным голосом пробормотала Марина. – В жизни не догадаешься, с кем.

У Ники перехватило дыхание. Но, кажется, она предположила нечто еще более невероятное, чем то, что могло быть на самом деле, и поэтому решила промолчать. Но Марина и сама не являлась сторонницей игры в «угадайки». Если уж пришла поделиться, то делала это без лишних вступлений и набивания цены.

– С Киром.

– С кем? ‒ на всякий случай переспросила Ника.

– Я и сама не верю! – подружка будто оправдывалась. – А все из-за этой свадьбы. Я слишком добросовестно отнеслась к своим обязанностям. Я слишком старалась. Я и так весьма примечательная личность! Но подобного со мной еще не случалось.

Ника заинтересованно слушала.

– Короче, где-то ближе к середине все парни, да и мужики, вились вокруг меня. Хорошо, что их было не так много! Кто с бутылкой, кто с бокалом, кто с признаниями. Пока все за столом сидят, еще терпимо, но когда танцы начинаются... Я им: «Я при исполнении. Я работаю, а вы развлекайтесь. Культурненько. По программочке. Главное, мне не мешайте!» Ну, что ты! И тут Кир наконец-то обо мне вспомнил. Всех от меня отодвинул – мол, дайте человеку отдохнуть хоть немножко! – а сам схватил меня за руку и уволок куда-то на кухню. Представляешь? И начал мне претензии предъявлять: «Ты зачем всем глазки строишь? Почему они все к тебе липнут?» Я ему говорю: «Человек я хороший, а к хорошим людям всегда тянет», – Марина удачно изобразила их беседу в лицах, а потом добавила: – Особенно, подвыпивших мужиков, – и продолжала дальше. – «И вообще, – говорю, – вы тут наелись-напились, а я челюстями работаю, да все вхолостую». Он засуетился, заволновался, натащил мне тарелок, усадил, а сам за старое: «Ты тут поосторожней! Держи себя в руках! В конце концов, ты все-таки моя знакомая. На фига тебе все остальные?» Хорошо – нашлось, чем его речи закусить, а то бы я не вынесла. А он: «Не знаю, почему, но мне не нравится, что они все к тебе пристают. Я, – говорит, – начинаю ревновать». Я бы не сказала, что он сильно пьяный был. «Ну, – думаю, – понесло!» Я вскочила: «Мне уже возвращаться пора. Меня уже ищут, наверное». А он: «Черт с ними! Перебьются! Я же тебя позвал, значит, мне – особое внимание. Захочу и уведу!» «Это куда же?» – спрашиваю. А он и отвечать не стал, все свое вопит: «Какой же я слепой! За столько лет такое сокровище не разглядел!» И т.д., и т.п. Я же не ожидала. Рот открыла, глазами хлопаю. «Все! – думаю. – Крыша у Кира поехала. Наверное, от всеобщего счастья».

Марина перевела дыхание. Почему-то она не очень торопилась с продолжениями?

– И тут начались объятия и поцелуи, – догадалась Ника.

Марина слегка стушевалась, а потом вскричала, воздев руки к небу:

– Ни за что бы никогда не поверила, что буду целоваться – с кем? – с Киром! Маразм!

– Да-а, – согласно протянула Ника, – подозрительно. Что это вас всех на школьных приятелей потянуло?

– Судьба! – сурово возвестила Марина. – От судьбы не уйдешь! И хоть некоторые пытаются, – она красноречиво посмотрела на подругу, – у них ничего не выйдет!

– Так! – Ника мгновенно переменилась в лице. – Не надо больше об этом.

– Почему?

– Не хочу.

Марина невозмутимо приподняла плечи, якобы смиряясь: «Как скажешь!» Она не зря училась на психолога. Если слишком настойчиво навязывать что-то кому-то, очень легко можно получить отрицательный результат.

20

Теперь Ульяна звонила, а не отпирала дверь своим ключом, хотя тот постоянно лежал в сумке на привычном месте. Но мало ли что творится дома! Братик вырос и уже имел право на уединение. Хотя, непонятно – когда он вырос? Кажется, уже давно. Он как-то неожиданно быстро перестал вести себя по-детски, удивив всех, и родителей в первую очередь.

Папа – до сих пор большой ребенок. А Степа – мудрый, невозмутимый, странный. В общем, не человек. Честное слово!

Ульяна пошла в мать. Окончила художественное училище, заочно училась в Московском «Полиграфе». Значит, Степа должен быть в отца. Ничего подобного! Вот уж кому-кому, а ему никогда не стать актером. Он не мог смеяться и плакать на заказ, он не понимал и не принимал этого мастерства. Он тонко и непривычно реагировал на все вокруг. И оставался невозмутим.

Сестра испытывала на нем свои задания по истории искусств, и, выдавая его впечатление, как свое собственное, вводила в замешательство педагогов. Ей нравилось так чудить.

Нет, у нее не братик – сказка!

Недавно встретила его девчонку. Хотя, вроде не совсем его. Да точно – его! Верная примета! Она и ей так сразу сказала.

– Ты же знаешь, от Степы ничего не добьешься. Спросишь: «У тебя хоть девушка есть?» – услышишь «Да!», и ни слова более. А тут я не только имя твое узнала, но и то, что вы учились в одном классе. Никогда с ним такого не бывало.

Ульяна надеялась, что своей искренностью расположит Нику к себе, что той приятно будет услышать, насколько без ума от нее обычно сдержанный братец. Но Ника приняла ее слова без особого восторга, и Ульяна задумалась.



Виктория Эл

Отредактировано: 22.04.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться





Похожие книги