Желание жить

Размер шрифта: - +

Глава 10

Покупатели к нам не спешили. Я стояла на помосте и наблюдала, как на такие же сцены заводят людей. Групп в общей сложности было не так много, как я сначала ожидала, потом сообразила, что «туземная элита» - исключение, и, как оказалось, не самый востребованный товар.

Первый желающий обзавестись живым товаром появился где-то минут через двадцать после того, как всех построили. Он шёл в сопровождении двух рабов, мужчины и женщины, и глядя на них троих я, наконец, обратила внимание на несоответствие, над которым раньше не задумывалась.

Внешний облик рабыни выдавал в ней островитянку, и ни закрытое платье, ни строгая причёска, ни выученность манерам, не могли скрыть её происхождение. Раб был другой. Первый момент я приняла его за свободного, и только когда они приблизились, рассмотрела широкую полосу ошейника. Он был из «своих» в смысле цвета кожи, но раб.

Раньше я уже отмечала, что не только туземцы могут быть имуществом, но как-то не слишком задумывалась, что это значит лично для меня. А ведь значит, и очень много. Я надеялась на тёплое местечко в господском доме, в идеале стать поварихой – сытно, тепло и не на глазах. Худо-бедно готовить я умею, и поразила бы хозяев земными блюдами, что-то бы им обязательно понравилось, они бы получили возможность хвастаться перед друзьями и соседями угощениями, которых ни у кого нет. Главное, я не сомневалась, что уже попала в категорию «раб первого сорта», не расходный материал. Ошиблась. «Первый сорт» набирают из своих же сограждан, или близко к тому. Нет, утверждать с уверенностью пока рано, но всё же.

Мужчина остановился у соседнего помоста и что-то коротко бросил рабыне. Она выступила из-за его спины, и вплотную подошла к сцене. Пройдя взад-вперёд, она заговорила на незнакомом мне языке. Мужчина, молодой туземец, напротив которого она остановилась, встрепенулся и ответил, она что-то ещё сказала, и туземец спустился вниз. К нему тотчас подошли двое – раб покупателя и свободный из числа надзирателя, оба достали тетради и пишущие чёрные палочки. Оформляют покупку, поняла я, и переключилась обратно на рабыню. Она целенаправленно выискивала тех, кто её понимал. Был порыв просочиться обманом, хозяин мне понравился жестким деловым выражением на лице, можно надеяться, что не жестокий и готовый поговорить о собственной выгоде. Рабыня, увы, бдела, пройти мимо, не ответив на её вопрос, не представлялось возможности.

На нашем помосте она нашла двоих, и двинулась дальше, а на площадку шёл следующий покупатель, и за его спиной также были двое, раб с загоревшей, когда-то светлой кожей и раб, смуглый от рождения. Схема повторилась. Раб-туземец принялся выискивать тех, кто мог его понять.

Моё дело плохо. Лолампо соседей не понимали, и очевидно, что на языке Иды тут никто не говорит. Какая прелесть, я пролетаю. Большого ума не надо, чтобы догадаться, что дальше. Всех невыкупленных, в том числе меня, отправят к «стаду» в загоны.

Первый покупатель забрал больше десяти человек, второй около двадцати. Приходили ещё несколько перекупщиков, и помосты стремительно пустели. На своей сцене я осталась одна. Я бы засмущалась, но сейчас мне было не до мелочей, мне бы выжить. Очевидно, что в загоне я сгину. Подозреваю, что смерть и переселение душ порядком ослабили тело Иды, остальные-то туземцы выдерживают пока. И тут же вспомнилась упавшая на переходе с базы сюда женщина, она так и не встала.

На соседнем помосте стоял паренёк, он покачивался из стороны в сторону, обхватил себя руками и что-то мычал. Кажется, первый свихнувшийся. Я точно видела, что один из рабов-туземцев добился от паренька пары осмысленных фраз, но с помоста мальчик почему-то не спустился, хотя раб его звал.

Покупатели разошлись. В общей сложности нас, невыкупленных, осталось семь. Это конец. Я думала, что было плохо? Наивная я, плохо будет теперь. Ко мне шёл надсмотрщик, он махнул рукой, чтобы спускалась. Я покорно поплелась вниз, не время взбрыкивать. Мужчина по смотрел на меня с любопытством, и я узнала этот взгляд. Вчера после душа я видела именно его. Упускать единственный шанс я не собиралась, вскинула голову, улыбнулась ему и ткнув в себя пальцем сказала:

- Ида.

Он прищурился, интерес я ощущала буквально кожей, и что радовало, интерес был сугубо деловым. Он кивнул в ответ и повёл меня обратно к загонам. Я замерла на месте. Мужчина, ты чего?! Он обернулся и нахмурился. Пришлось подчиниться. Подавив полный разочарования вздох, я засеменила за надзирателем. За неподчинение недолго и плёткой схлопотать. А мужчину хотелось чем-нибудь тяжёлым стукнуть за то, что понапрасну обнадёжил. На глаза наворачивались слёзы.

- Ида, - позвал он меня, остановившись у бочки с краником.

- Да? – машинально переспросила я на своём родном языке и заработала новую порцию любопытства.

Он взял стакан из стопки чистых, налил в него воду и произнёс непонятное короткое слово. Так по-местному называется вода? Я повторила слово за ним. Мужчина кивнул, наклонился, сорвал травинку, показал мне её и произнёс другое слово.

Я не поверила собственным ушам. Он пытается со мной общаться! Милый, дорогой, обожаю! Радостная улыбка против воли расползлась по лицу, я повторила название травы. Мужчина хмыкнул и продолжил. Показал камень. Вообще-то странный набор слов он преподаёт, но всё стало понятно, когда мужчина произнёс ещё одно слово и выпил из стакана воду. Он кивнул мне, явно чего-то ожидая. Наверное, я должна показать, что умна и обучаема. Я произнесла два слова подряд: «пить» и «вода». Вот теперь мужчина одобрительно улыбнулся. На лице появилось выражение предвкушения, кажется, он уже прибыль подсчитывает. В качестве поощрения, он разрешил мне напиться вдоволь, и снова повёл за собой.



Нелли Видина

Отредактировано: 12.03.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться





Похожие книги