Жизнь наизнанку. (сборник рассказов)

Размер шрифта: - +

А девочку-то звали Надей...

  - Все, мочи ее, Олег! - Быстро проговорил Виктор, поднимаясь и застегивая штаны. Их жертва, голая девочка, лет пятнадцати - шестнадцати, лежала на полу, не проявляя каких-либо признаков вменяемости. Она уткнулась глазами куда-то во тьму и тихо скулила, одновременно всхлипывая. Слезы уже не текли из ее глаз, и она не делала попыток подняться и убежать. - Нам не нужны лишние свидетели.
  - Погоди, Олег, - заторопился Егор, - Я еще не до конца допросил ее!
  Он спешно начал расстегивать штаны. Виктор недовольно посмотрел на него. Тот быстро стянул с себя одежду и тяжело навалился на жертву. Девчонка заскулила еще тоньше, закрывая глаза, а бандит лишь ускорил движения, довольно застонав.
  - Мало ему! - Пробурчал Виктор, отворачиваясь и поглядывая по сторонам. - Быстрей давай, бык-производитель, а ну как кто нагрянет? Тогда только отстреливаться, или когти рвать с Китай-Города, иначе повесят прямо посреди перрона.
  - Да ладно, - махнул рукой Олег, - пусть оттянется. Сюда все равно никто не ходит. Этот перегон, отсюда и до Тургеневской, говорят, заколдован. Или что-то типа того. Несколько караванов, ходят слухи, пропало за последние две недели.
  - Да, мало ли что говорят? - Виктор, среднего склада мужик с бородой и черными, как смоль, волосами, обернулся к подельнику и недобро посмотрел на него. - Вон, говорили, что Гашиш пропал, а ты гляди ж, вышел, так ничего и не повстречав на пути.
  - Так он один шел. А когда группой - тогда, говорят, и пропадают.
  - Ой, все уже, замолчи! Эй, татарин? Долго у тебя еще там?
  - Виктор! Ну, ты и чмо! - Толстяк с вполне русской внешностью даже приостановился над своей скулящей жертвой. - Когда ты здесь полчаса пытался засунуть свой "вяленький", я тебе не мешал! Смотри тихо в стену и не будь занудой!
  Виктор недовольно отвернулся, посматривая в сторону путей. Если братва на Китай-Городе узнает, то их просто растопчут свои же. Они тайком уволокли девчонку в тоннель, и, затащив на какую-то малоизвестную платформу в одном из тупиковых ответвлений, несколько часов к ряду насиловали ее. Вроде сюда редко кто забредал, но все же. Виктору было как-то неспокойно. Жутковато, что ли. Неестественная тишина царила вокруг. Ничем не нарушаемая, плотная тишина. Странным образом казалось, что кто-то следит за ними, хотя вроде никого и не было вокруг.
  Тихое пыхтение усилилось. Очевидно толстяк, вернее его "дружок", подходил к долгожданному завершению. Двигаясь, он одновременно облизывал ее шею, плечи, кусал грудь, сжимая другую своей грязной лапищей. От него несло неделями немытой грязной жизни, а блохи, живущие на его густой растительности, так и норовили напасть и съесть добычу живьем, прыгая при каждом новом движении в разные стороны.
  Он в очередной раз стал облизывать жертву, когда, добравшись до шеи, взвыл, словно свин, отведавший кнута. Подельники бросились к месту насилия, проклиная все на свете, и удивленно остановились, сжимая в руках пистолеты.
  - Сука! Чмошная сука! - Егор вскочил с девчонки и забегал вокруг нее, держась за ухо. По руке и шее обильно струилась кровь. - Эта падаль за ухо меня укусила!
  Подельники посмотрели на девочку. Та, продолжала лежать в прежней позе. И лишь мгновение спустя выплюнула на пол фрагмент уха толстяка. Тот еще громче взвыл, увидев свою собственность.
  - Она откусила его! Она... - Орал он, но, вдруг, резко замолчав, выхватил свой пистолет и молча разрядил в девочку весь магазин.
  - Уходим отсюда! - Быстро проговорил Виктор, упреждая последующие вопросы и жалобы толстяка. - Ухо свое подобрать не забудь! А то нас живо вычислят. Амур, твою мать!

  Фонарики, уже полчаса как, нервно плясали по тюбингам. Первым озвучил беспокоившее всех Егор. Он резко остановился и громко заговорил, обращаясь непосредственно к Олегу, который был ведущим.
  - Эй, Сусанин! А тебе не кажется, что мы идем не в ту сторону? А?
  - А другой стороны вообще нет. - Ответил тот, продолжая идти вперед.
  - Что ты несешь? А почему же тогда мы к развилке никак не выйдем? Словил мудак кайф и забыл обо всем на свете!
  - Я тебе щас все зубы твои золотые повышибаю! - Круто развернулся Олег и зло посмотрел на толстяка. - Нет там дальше дороги! Тупик! Хочешь, сходи, посмотри. Это единственный тоннель ведущий из того закоулка.
  - Ты хочешь сказать, что мы здесь шли? - Не верящим тоном спросил Егор. - Какого хрена тогда мы еще не на Китай-Городе?
  - Ты, мудак жирный, хочешь мне что-то предъявить? А?
  - А че бы и нет? - Зарычал тот, наступая. - Завел нас, хрен знает куда, и теперь мы должны бродить тут?
  - Тихо! - Рявкнул Виктор. - Слушайте!
  Все замолчали, прислушиваясь. Через минуту, Олег с Егором удивленно посмотрели на лидера.
  - Я ничего не слышу, - сказал Олег. Толстяк кивнул, соглашаясь.
  - Я то же. Чего тебя так насторожило?
  - А вам не кажется, что здесь что-то не так? - Почему-то шепотом спросил Виктор. Он все еще прислушивался, стараясь что-то услышать.
  - Тут единственное не так. Это наш проводник, - снова завел свою пластинку толстяк.
  - Ах ты, клоака метрополитеновская, - зарычал Олег и метнулся к Егору, сжимая кулаки. Но меж ними встал Виктор.
  - Хватит! Никто ничего не слышит? - Те замотали головами. - Я тоже, - хмуро пробормотал главарь.
  - Да, че случилось-то? - Не выдержал толстяк, разведя руками.
  - Звуков нет!
  - Че?
  - Звуков, говорю, нет. Тишина голимая вокруг.
  - А что тут такого?
  - Иди головой об тюбинг стукнись, - предложил ему Виктор. - Звуков нет вообще. Разве это не странно?
  - Нет... Вроде, - неуверенно промямлил толстяк. - А что должны быть?
  - А вечный звук капающей воды? А постоянный писк крыс? А... Да, кстати, крысы... Почему не видно и не слышно крыс? Да еще тоннель этот что-то слишком долго тянется. Сдается мне, что туда мы быстрей добрались, чем сейчас возвращаемся... Что-то не то тут происходит.
  Толстяк и Олег обеспокоенно завертели головами и стали обшаривать светом фонариков пространство вокруг. Беспокойство старшего передалось и им.
  - А может, мы ее пропустили? - Наконец сказал Егор. - Ну, развилку?
  - Я тебе предлагал уже о тюбинг стукнуться? - Зло посмотрел на него Виктор. - Так! Приготовили быстро свои автоматы и медленно пошли вперед. Я не хочу подохнуть здесь из-за двух неосторожных болванов.
  Подельники послушались, и каждый снял с плеча автомат и передернул затвор. Они осторожно пошли вперед, уже затылками ощущая, как напряглось вокруг них пространство, как притаилась тьма, словно выжидая удобного момента для нападения.
  Через несколько минут впередиидущий Олег резко остановился.
  - Что там? - тут же спросил Виктор.
  - Ничего не понимаю! - Признал тот. - А где же развилка?
  - Да что там? - Не выдержал предводитель и, отпихнув Олега, прошел вперед. Пятно света выхватило из тьмы кусок платформы какой-то станции. Это не был Китай-Город. Это вообще была какая-то нежилая станция. На платформе очень хорошо были заметны кучи мусора и различного хлама, да и хоть какого-то света не было и в помине.
   Бородач первым забрался на перрон, остальные поднялись следом.
  Виктор в растерянности освещал фонариком платформу. Откуда взялась на их пути эта станция? Где Китай-Город, наконец? Как, вообще, они прошли развилку, если ее на их пути просто не было? НЕ БЫЛО!
  Фонарик выхватывал из поглощающего станцию мрака разбитые и разбросанные останки местного быта. Разорванные в клочья палатки, разломанные в щепки настилы и прилавки. То тут, то там можно было заметить раскиданное тряпье, порванные матрасы, старые игрушки, чайник, котелок... Еще очень часто попадались стреляные гильзы. Они звонко отскакивали от ботинок насильников и катились по мраморному полу, "весело" звеня.
  А вот Виктору было уже совсем не весело. Странная, покинутая станция, внезапно появившаяся на их пути, чем-то напоминала Китай-Город, только давным-давно покинутый. Такая станция-призрак, странным образом явившаяся им.
  - Тебе это ничего не напоминает? - Спросил Виктор у Егора. Тот лишь пожал плечами, с полнейшим отсутствием вменяемости на лице. На него эта станция подействовала еще сильнее. В душе этого мелочного и жадного человека, перекладывающего ответственность на других, страх разгорелся с удвоенной силой. - А мне напоминает...
  Олег, тем временем, сделал то, о чем никто из них не додумался раньше. Он подошел к краю платформы и посветил на надпись на стене. И, как говорится, тихо охренел. То, что там он увидел, не поддавалось никаким разумным мыслям.
  Он резко развернулся на месте, собираясь позвать своих друзей, и в ужасе застыл. Перед ним стояла девочка, которую они насиловали! Обнаженная с развевающимися от сквозняка волосами и отверстиями в груди и голове от пуль Егора. Она пристально смотрела на него. Но не укоряюще или угрожающе, а с какой-то долей бесстыдства во взгляде. Ее белоснежная матовая кожа была лишена крови, а на губах и ранах запеклась кровь. Во рту у Олега все моментально пересохло, конечности стали ватными, а мозг отказывался воспринимать происходящее.
  - Ты... - Прошептал он.
  - Я Надя, - почему-то представилась она. Ее тоненький голосок, вдруг, со всей полнотой напомнил Олегу о совершенном ими. Он внезапно осознал, что они сотворили! Слеза потекла по его лицу, но понимание того, что уже ничего не исправишь, тяжким грузом придавило его к месту. Он не мог двинуться, шевельнуться, что-либо сказать...
  - Я тебе нравлюсь? - Она приняла совершенно непристойную позу, которую при других бы обстоятельствах, он воспринял бы с должным одобрением и вниманием, но не сейчас. Руки предательски задрожали, а на душе стало так плохо...
  - Ты меня хочешь? - Она сделала шаг к нему. - Давай, возьми меня!
  Надя прикоснулась к его щеке, отчего Олега пронзило с головы до ног ледяной стрелой. Он инстинктивно сделал шаг назад и с криком рухнул с перрона на шпалы.
  Виктор с Егором резко обернулись. Кричал Олег. Что с ним? Его голова появилась над краем платформы. Но глаза были какие-то странные. Напуганные. Виктору это совсем не понравилось.
  - Со мной все в порядке, - ошалело проговорил Олег, боясь признаться в только что увиденном подошедшим друзьям. Его шатало. Он на слабых ногах подошел к краю платформы и протянул руку Виктору, как...
  Его сбил поезд. Настоящий поезд! Он, не останавливаясь, прокатил дальше, перемалывая Олега. Его голова, в одну секунду отлетев от тела, покатилась по перрону прямо к ногам его друзей.
  Те в страхе отскочили, наблюдая, как состав проносится мимо, освещая призрачным светом все вокруг. В том числе и голову, подкатившуюся к их ногам и уставившуюся на них стеклянными глазами.
  - Что здесь происходит? - Прошептал одними губами Виктор. Нервы были на пределе, а сердце колотилось так сильно, что готово было выпрыгнуть из груди. Олег, только что протягивающий ему руку, был мертв. Непонятный состав, выскочивший из тоннеля внезапно и незаметно, исчез в черном зеве противоположного портала.
  - Смотри, - тоже прошептал не менее испуганный Егор, указывая на стену, которая стала теперь видна. На ней красовалась до боли знакомая надпись: "Китай-Город".
  - Бог ты мой! - Уже громче воскликнул бородач. - Как такое возможно? Что за хренов поезд? Как вообще может быть уничтожена или покинута за пару часов целая станция? Да где же все?
  - Переход... - Просипел Егор.
  - Что?
  - Переход на другую часть станции.
  - Точно! - Как он мог забыть о другом Китай-Городе, где заправляла кавказская группировка и где, возможно, укрылись жители с этой станции? - Вперед, Егор! Быстрей туда!
  Они стрелой помчались к переходу, даже не взглянув на останки друга, размазанного по шпалам страшным поездом.
  Первым по лестнице забрался Виктор. И уперся в решетку, преграждающую путь на другую половину. Она была в крупную клетку, а в центре врезана металлическая дверь. Ни рядом с дверью, ни за ней никого не наблюдалось, кроме того, на той половине тоже царила темнота. И тишина. Виктор несколько раз крикнул, но никто не отозвался. Тогда он посмотрел назад, прислонившись к решетке. Там медленным шагом поднимался толстяк.
  Не успев подняться, он показал пальцем на что-то, что находилось за спиной Виктора. На его лице был написан столь явный страх, что тот похолодел. Он попытался развернуться, но не смог. Что-то держало его своими цепкими холодными руками. Сердце запрыгало в груди, напуганное внезапной догадкой... Но поздно.
  - Ты хочешь меня, Витенька? - Руки откровенно ощупывали его, скользя по телу, словно на нем совсем не было одежды. - Тогда возьми меня!
  И руки потянули. Потянули к себе, через решетку, разрывая одежду, кожу, тело... Бородач диким голосом заорал, как сквозь овощерезку проходя через сетку решетки. Заорал и Егор, но через минуту, когда все уже было кончено, его голос сорвался на визг, и он, развернувшись и собравшись бежать, застыл от нового проявления страха.
  Перед ним стоял Олег. Страшное, окровавленное и искореженное тело. Он кое-как ставил переломанные ноги на пол и медленно поднимался по лестнице, держа свою голову единственной уцелевшей рукой. Вторая же все еще была продолжением его тела только благодаря хорошей кожаной куртке, которая не давала оторванной руке выпасть.
  Он шел вперед, а стеклянные глаза были направлены на толстяка. Тот медленно попятился и через мгновение уперся в стену перехода.
  - Что вам всем от меня надо? - Выдавил из себя он, сотрясаясь мелкой дрожью и плача. Олег и девчонка медленно, но уверенно приближались.
  - Егорка, - звонкий голос девочки пригвоздил его к стене, заставив закрыть глаза. - А Егорка? Хочешь же меня? Да знаю же, хочешь! Вот она я. А давай-ка займемся любовью еще раз, как тогда, на полу, когда я была в семени твоих товарищей... Тебе же это нравится! Ну? Что же ты, Егорка, испугался?
  - Отстаньте от меня! - Визжал он, закрыв глаза. - За что? Что я сделал?! Почему вы меня преследуете?!
  Его голос срывался на хрип и далеко разносился по обеим половинам пустого Китай-Города. Но никто его не слышал и никто ему не мог теперь помочь.
  - Как за что? - Удивилась девочка. - А в Метро ничто не проходит бесследно. Особенно злые поступки. Особенно, когда они делаются со зверской жестокостью. Вы теперь часть Метро. Но не того метро. Другого. Вы сами своими руками очертили себе ту грань, которая ведет сюда. В мир страха, ужаса и темноты. В мир Метро, который годами скапливал в себе все плохое, что приносили в него люди, и который живет, сейчас, питаясь вашей же жестокостью, подлостью и сиюминутными желаниями. Так что все. Ты сам выбрал свою судьбу. Теперь вот терпи. Ну, так что, займемся любовью?..
  Егор открыл один глаз, и увидел, как в свете упавшего фонарика за спиной девочки собирается какая-то копошащаяся масса. Толстяк с ужасом понял, что этой массой когда-то был Виктор...
  Он заорал еще громче, вскочил на ноги и, проскользнув сквозь мрачные фигуры, бросился в тоннель сломя голову, стараясь убежать от себя...


  Потом много кому в темных тоннелях встречался призрак толстяка, бегущий и вопящий во все горло. Говорят, что встреча с ним предвещает несчастье...



Юрий Харитонов

#1268 в Фантастика
#786 в Разное

В тексте есть: постапокалипсис

Отредактировано: 03.08.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться





Похожие книги