Жизнь навыворот

Размер шрифта: - +

Глава 2

Глава 2

Курить хотелось зверски. Судя по крупным, явно мужским часам, редко покидавшим татуированное запястье, она торчала в палате уже прилично. Серафима забросила в рот жвачку, недовольно глянула на покрасневший индикатор планшета, потянулась, разминая затекшие плечи, достала из рюкзака зарядку и отправилась на поиски розетки. Пристроив голодный девайс к кормушке, подошла к окнам, прикрытым широкими бежевыми жалюзи, в тон стенам. За стеклом октябрь сдавал вахту ноябрю. Луна уныло освещала больничный городок. Ветер, готовя деревья к зиме, сбивал последние упрямые листья. Интернет подтвердил предположения Серафимы: людей с синей кровью не бывает, в животных они превращаются только в книжках и кино, а трупы растворяются отнюдь не в воздухе. Зато символы с ножен, предусмотрительно сфотографированных перед выездом, стали неплохой зацепкой. Оставалось только понять, какое отношение имеет незнакомец к древним кельтам. Или скандинавам.

Если бы не представление в парке, испарившиеся противники и, главное, странная кровь, Серафима бы со спокойной совестью записала странного парня в косплееры и давно спала дома в обнимку с любимой подушкой. Но журналистский зуд не отпускал, а информации было до отвратительного мало. И курить хотелось как обычно в больницах.

Первую затяжку она сделала мерзким февральским днем, когда Артём вытащил ее на улицу и у входа в безнадежно серое отделение реанимации сообщил, что брата больше нет. Тима так и не выкарабкался после нападения, оставив Серафиму один на один с прекрасным новым миром. С тех пор она, если верить предостережениям Минздрава, ежедневно убивала себя никотином. Ненавидела больницы, февраль и стражей порядка - виновных так и не нашли. Да и не искали особо.

Неясный шорох прервал мучительную ретроспективу. Серафима резко развернулась и уткнулась взглядом в мужской торс, вполне достойный резца Микеланджело. Пряди волос серебрились на бледной коже, вызывая почти детское желание схватить и подержаться. Лунный свет стыдливо касался груди, стекал по широким плечам и ледяной коркой застывал в лазуритово-синих глазах, изучающих Серафиму с отстраненным интересом.

- Привет, - изобразила подобие улыбки. - Как самочувствие?

И радиоактивной вишенкой на торте этого безумного вечера стала фраза на совершенно непонятном языке, произнесенная глубоким мужским голосом.

- Вы говорите по-английски?

Язык Серафима знала серединка на половинку, но надо же с чего-то начинать.

- Английский?

Это оказалось единственным словом не считая эпизодических предлогов и союзов, которые она смогла разобрать.

- Ждать. Пожалуйста, - попросила, набирая номер. - Тёма, не занят? Тогда дуй ко мне, спящая красавица очнулась.

Мужчина вслушивался в разговор. Либо он великолепно владел собой, либо, и правда, ничего не понимал. Решив прибегнуть к самому универсальному из языков, Серафима ткнула себя пальцем в грудь и отчетливо произнесла:

- Серафима, - и добавила по-английски. - Я есть.

Ответом стал внимательный взгляд и мелодичное:

- Има?

- Има, - кивнула, принимая очередную вариацию своего имени. - Я есть Има. Ты?

Незнакомец колебался. Застыл прекрасной статуей. Только нечеловечески яркие глаза сканировали собеседницу, которая старалась держаться дружелюбно и не делать резких движений.

И без того напряженный момент усугубил ворвавшийся во палату Тёма. Щелкнул выключатель. Жалобно охнула кровать. Пациент приземлился на одно колено, переводя настороженный взгляд с девушки на врача и обратно. Прыжка она не видела, Тема, судя по поползшим вверх бровям, тоже.

- А как он?..

- Артём, - Серафима показала пальцем. - Есть друг. Помогать. Говорить английский. Тём, скажи ему что-нибудь, он по-русски не понимает.

Артём изъяснялся бегло, практически без акцента. И ответ пациента выслушал внимательно, даже уточнять что-то начал.

- Сим, он про меч какой-то талдычит. Важный меч, похоже.       

- Меч у меня. Спроси откуда он приехал?

Стоило Артёму закончить фразу, как перед глазами Серафимы вновь нарисовался торс. Голос мужчины прозвучал над ухом. Судя по тону, Артём попытался его успокоить.

- Ему это меч зачем-то очень нужен. Слушай, как он так двигается?..

- Зачем, - спросила, поднимая взгляд.

- Да какая разница? - в голосе прорезалось раздражение.

- Большая, Тём. Скажи, что я отдам его железяку, после того как мы немного побеседуем. Ты ж не откажешься помочь с переводом?

- Сим, я его почти не понимаю, какой тут перевод!

- У тебя ж вроде свободный английский?

Серафима попыталась обойти мужчину, но тот сместился за ней.

- У меня-то свободный. А вот у него странный.

- В смысле странный?

- Да древний какой-то. Я недавно кино по Шекспиру пробовал в оригинале посмотреть, так вот там похоже разговаривали.

- Все чудесатее и чудесатее, - сказала, доставая из кармана телефон и включая запись. - Тём, попробуй объяснить ему, что меч у меня, я его отдам, но мне хотелось бы получить ответы.

Диктофон старательно фиксировал непонятные Серафиме слова и звуки.

- Говорит, у него тоже есть вопросы. И еще ему очень нужен этот долбанный меч.

- Ладно, - сдалась, - меч дома. Где его шмотки?

Очередная неудачная попытка обойти ожившую статую. Когда незнакомец, наконец, отошел, Серафима незаметно взяла планшет и начала снимать видео. Артем извлек из тумбочки сверток темной ткани и пару сапог. Пока пациент одевался, мужчины продолжали переговариваться, повторяя по несколько раз одни и те же слова и периодически прибегая к языку жестов. Презабавное получилось зрелище.

- Так. Я, кажется, объяснил ему, - Артем вытер взмокший лоб. - Только, может, тебя не стоит с ним вдвоем ехать?



Софья Подольская

Отредактировано: 12.12.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться