Жизнь навыворот

Размер шрифта: - +

Глава 26

День тонул в тумане. Пах медом, малиной, потом и лекарствами – ударная доза спрея ненадолго реанимировала обоняние. Откинувшись на подушки, Серафима вполглаза смотрела очередное шоу-расследование «Настоящего Мистического Телеканала». На экране планшета верткая бабуля таскала съемочную группу по старому дому, жалуясь на проделки барабашки. Следом за пострадавшей от пакостной энергетической субстанции бродила эффектная дама в костюме с этническими мотивами и уверенным, хорошо поставленным голосом объясняла зрителям, что это за зверь невиданный и как его сейчас будут изгонять.

Разумеется, дом был чист. Видео с настоящих происшествий хранили в архиве, куда Серафима рассчитывала попасть на следующей неделе. И попадет!

На финальных титрах хлопнула входная дверь. Из коридора донеслись голоса, а скоро в комнату влетел Айн и влажным ковриком улегся возле хозяйской кровати. Там он и провалялся до прихода врача, пожилого дородного мужчины со старомодным саквояжем. Серафиму опросили, осмотрели, послушали. Затем доктор достал свечку в небольшой плошке, зажег и с минуту водил над головой пациентки, сосредоточенно всматриваясь в дрожание пламени.

– Что вы делаете?

Серафима следила за отточенными движениями больших рук.

– Ищу признаки недопустимых воздействий, – голос у мужчины оказался под стать владельцу, густой и обстоятельный. – Конечно, домовой бы их почувствовал, но я предпочитаю перепроверять.

– А почему свечой?

– У каждого знающего своя методика, мне проще с огнем, – он задул тонкий лепесток пламени и внимательно изучил восковые потеки. – Ну-с, тут все в порядке. Больничный нужен?

– Не знаю, – пожала плечами Серафима.

– А трудитесь вы где?

Яркие карие глаза доктора, янтарем блеснули из-под седых бровей.

– Девятый отдел. Стажер.

– Тогда хватит записи в карте.

Врач опустился на диван, извлек из саквояжа несколько флаконов, две упаковки таблеток, баночку, стопку бланков и ручку. В гостиную, где проходил прием, вошел Савелий с миниатюрным чеканным подносом.

– Кофе ваш, доктор.

– Благодарю.

Мужчина подхватил фигурную чашечку с золотым ободком и принялся быстро покрывать лист бумаги мелким бисером букв. Серафима нахмурилась – сервиз был бабушкиным. Любимым.

– Что с ней, доктор? – прочувствованно спросил домовой.

– ОРВИ. Значит, так, Серафима свет Олеговна, эту настойку принимать по десять капель до еды, эту разводить, чайная ложка на стакан воды, и полоскать горло. Таблетки после еды, три раза в день. Мазью натираться перед сном. И спать побольше. Если память подведет, вот лист назначений. Вопросы есть?

– Сколько я вам должна? – Серафима куталась в шерстяное пончо.

– Нисколько, – улыбка спряталась за щеточкой усов. – Все покрывает страховка. Придете ко мне на прием через неделю. Это моя визитка. Если вдруг вам станет хуже, звоните.

Серафима покрутила в руках кусочек белого картона с логотипом клиники «Живая вода».

– Спасибо, Иван Фёдорович.

– Увидимся через неделю, – он поднялся с дивана. – Выздоравливайте.

Как только за врачом закрылась дверь, в коридоре появился Аргит. В целях конспирации его убедили оставаться в комнате.

– Что?

– В кровать! – решительно тряхнул бородой Савелий.

– Да вы издеваетесь?! – прохрипела Серафима, чувствуя, как земля улетает из-под ног.

– В кровать, – невозмутимо повторил Аргит, укладывая девушку на искомый предмет мебели.

Домовой притопал следом, открыл баночку с мазью, потянул носом и одобрительно крякнул:

– Ядреная, мигом хворь выгонит. Значится так, хозяйка, натирайся и спать. Дохтур был уже, а больше нетуть у тебя отговорок.

Серафима открыла рот, чтобы поставить нахала на место, даже набрала в грудь воздух для разгона, и... громко чихнула. Как ни крути, подавлять бунты нужно в здравом уме и хорошей физической форме.

– Давай, – девушка протянула руку. – А теперь всем спасибо, все на выход.

Последним комнату покинул Айн. Густая, остро пахнущая травами мазь чуть холодила кожу и быстро впитывалась. На спине, конечно, остались необработанные участки, но от идеи обратиться за помощью по позвоночнику пробежала дрожь. Серафима поежилась, списав это на болезнь, поправила футболку, нырнула в кровать и, перевоплотившись, наконец, в человека-гусеницу, погрузилась в сон.

 

– Серафима Андреева? – сурово спросил телефон.

– Да, – она попыталась сфокусировать взгляд.

В комнате было светло.

– Вы будете дома до тринадцати ноль-ноль?

– Кто это?

Серафима недоуменно посмотрела на экран. Неизвестный номер.

– Курьерская служба «Скороход». Вам доставка. Вы будете дома до тринадцати?

– Какая доставка? От кого?

– Отправитель Арумян Гаянэ Церуновна, – ответили с легким раздражением. – Так вы дома будете?

– Буду.

– Ожидайте курьера.

– Что за?...

Серафима вгляделась в замолчавшее устройство. Часы показывали десять утра четверга. Она попыталась просчитать, сколько проспала, но в голове было, на удивление, пусто и гулко, словно группа барабанщиков, наяривавшая вчера, снялась и отбыла на гастроли. Проверка всех систем жизнеобеспечения показала общую слабость, колючую проволоку в горле, стеснение в легких и критическое давление в мочевом пузыре.

Быстро положив телефон на тумбочку рядом с планшетом, Серафима попыталась сесть и наткнулась аж на два изучающих взгляда. В дверном проеме стоял Аргит в белой футболке и светло-серых спортивных штанах, а у его ног насторожил рыжие уши Айн.     



Софья Подольская

Отредактировано: 12.12.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться