Наброски из "Софи" (повтор)

Автор: Дмитрий Вишневский / Добавлено: 01.08.17, 23:12:40

Xerxes and Phoenix - Let It Go

_________________________________________________________________________

Мы сидим за столом у Пуатье.

- Влияние Византии на Русь переоценить сложно, я согласна, но я всё же несколько о другой уникальности...

Глаза Софи блестят, она активно жестикулирует, я зачарованно смотрю на её пальцы и вижу, как на кончиках ногтей бликует свет лампы.

- Но ты при этом говоришь о... - возражает Сергей.

Губы будто припухли, приоткрыты сейчас - Софи разгорячена спором, нетерпеливо ждёт очереди сказать - возразить или согласиться.

...

- А что ты думаешь? - спрашивает меня Катрин.

Все они оборачиваются на меня, сидящего в тени: прищур Сергея, жующего кусок пиццы Пепперони, хитрый взгляд Катрин поверх бокала с апельсиновым фрешем и внимательный Софи - тёмные глаза, длинные ресницы, чуть приоткрытые матовые губы - совсем чуть-чуть. Это так сексуально, что я на секунду полностью растворяюсь в сумасшедшем калейдоскопе образов - встаю, грохот падающего стула, обхожу этот овальный стол, укрытый оранжевой скатертью с бахромой, минуя Катрин, под удивлённые взгляды присутствующих подхожу к Софи, склоняюсь над ней, ныряю пальцами правой в её распущенные волнистые волосы, ощущая их бесподобную, божественную мягкость, основанием ладони левой упираюсь в край стола, склоняюсь над её светлым лицом и губами встречаю её губы, нежные, мягкие и удивительно вкусные... Потрясающие...

Серёгин прищур становится ещё выразительнее, он уже откровенно прячет улыбку. Я смущён, отвожу в сторону взгляд, тру пальцем переносицу, позорно прячась за ладонью и медленно, будто полусдутый шарик, придавленный пальцами, выпускаю из себя воздух, стараясь выглядеть при этом максимально равнодушным:

- Простите... Немного задумался... В общем, - отодвигая манжет, бросаю взгляд на циферблат и одновременно встаю, - мне пора идти. Опаздываю уже, ребят.

 

 

Забираюсь в белоснежную ванну, что в свете лампы едва ли не кремовая. Всплески тревожат тишину - тёплая вода принимает меня. Это нега южных морей. Укладываю голову на валик, устраиваюсь поудобнее и медленно выдыхая, закрываю глаза. Передо мной явственно возникает её лицо. Она внимательно смотрит на меня своими невероятной красоты глазищами и вдруг улыбается. Дарит улыбку мне. Почему нет? В моих мечтах она может быть любой... Сжимаю в руке быстро твердеющий член, и вспоминая её, придумываю форму и цвет сосков, спускаюсь губами по животу, рисую лобок, мысленно раздвигаю ноги и впиваясь в нежность языком, мастурбирую. Враньё. Я отчаянно дрочу.

 

То, что тебя окружает сейчас, все эти вещи, образы, дискурсы, незнакомые люди - всё что кажется сейчас незначительным, обыденным, серым, спустя годы будет иметь самоличную ценность, станет чем-то невероятно значимым в контексте эпохи. Дело даже не в личном ностальжи, нет. Просто именно то, что сейчас кажется серым и блёклым, именно это спустя время создаст атмосферу этих лет. А то, что запомнится ярче всего - станет символикой эпохи. Но эта символика без настоящей, подлинной атмосферы - той, которая столь бесцветна по важности сейчас для тебя - просто лубок, яркие кляксы в журнале, сверху донизу набитом рекламой.

 

 

И ты не отличишь реальность от вымысла, потому что реальность - тот же вымысел. Твоё восприятие мира делает его таким миром, а не другим. Это просто физиология, психика, квалиа. Мир куда более сложен, чем ты в состоянии постичь, а то, что ты считаешь реальностью - лишь одна из мириадов его граней.

 

 

- Да у тебя тут целый культ, - счастливо смеётся она. - Ещё немножко и я поверю, что действительно прекрасна.

- Либо боготвори, либо оставляй...

 

 

- Ты измазала страницы шоколадом, хулиганка. Вот что ты смеёшься? Знаешь, как долго я искал эту книгу?

- Вот это конкретное издание?

Она переворачивается на спину, не глядя срывает колосок, вставляет в рот, прикусывая стебель. Глаза смеются, хотя она старательно делает серьёзную мину. Наконец не выдерживает и прыскает со смеху.

- Да, это издание, - говорю я, улыбаясь и глядя то на облака, то на на смазанное пятно шоколада на белой бумаге, то на смеющиеся глаза её. Волосы растрепались, потерялись в траве, переплелись с нею.

Я не могу на неё сердиться. Просто не могу.

- Твоё собрание молекул сейчас смеётся над моим?

- Знаешь, если учесть скорость, с которой мы вращаемся вместе с планетой и относительно нестабильное положение воздуха, то твоё собрание сейчас находится примерно там, где находилось моё в начале этой фразы.

- А может наоборот. Ты же не знаешь, в какую сторону мы вертимся. К тому же я дышу, а значит - это уже немного другое собрание.

- Может наоборот, - не спорю я.- Целоваться идёшь?

Она улыбается. Я люблю её.

 

 

Знаешь, когда вглядываешься в эти чёрные точки над горизонтом, далёкие, редкие деревья, что тают в этом ярко-оранжевом зареве, становится так безудержно грустно оттого, что день будто бы прощается с тобой, оттого, что несмотря на то, что впереди наверняка ещё много хороших, интересных дней, этот ты больше не увидишь никогда, потому что его больше никогда не будет.

Разве что в памяти потом промелькнёт такой ярко-ярко рыжий закат над бесконечным полем, под стук колёс поезда, уносящего меня совсем в другую, в новую жизнь. Туда, где тебя нет.

Ты останешься здесь, в этом дне.

 

 

- Ты заметил, что только последний день лета воспринимается, как что-то обидное? Последний день зимы - скорее наоборот, а осени и весны и вовсе незаметны.

 

 

 

Это роман о природе человеческого сознания. О том, что сон разума рождает не только чудовищ, а чудовища являются таковыми исключительно в сознании сыновей и дочерей рода человеческого.

 

 

 

Все эти приморские городки в конце осени будто накрывают чехлом до лучших времён. Пустые улицы под серым небом. Ветер на сером пляже, камни и мелкий мусор в пенной границе прибрежных волн.

 

 

 

Оранжевым солнце красит стены домов, ослепительно бликует в окнах.

А там, в парке, можно качаться на качелях, глядя на красное зарево вдали, эту ярко-розовую полосу у горизонта, на гуляющих людей, сидящих на лавочках, самокаты, столики, пиво. Редкие дети, которых ещё не забрали домой взрослые, смех, болтовня.

Все они воспринимаются, как фигурки в кукольном театре, ездящие на подставках, подвешенные на тонких незаметных ниточках

И потом этот шарманщик, владелец этого театра, эдакий Карабас-Барабас, но с более мягким характером, просто закрывает заведение.

А на следующий день они снова будут ездить по тем же маршрутам с теми же нарисованными улыбками.

Все они живут какой-то своей, тебе неведомой, нарисованной жизнью. Они ненастоящие будто, куклы в кукольном театре.

Они никогда не будут твоими друзьями.

Представление закончилось. Ты возражаешь, говоришь:

- Я не хочу, чтобы этот день заканчивался.

А тебе отвечают:

- Всё-всё, театр закрывается, приходите завтра.

И день прощается с тобой, его никогда больше не будет.

Он не повторится.

Его можно сохранить только одним способом - нарисовать. Красками, словами или цифрами.

 

 

 

- Когда-то давным-давно наши предки верили в то, что наша планета находится в центре большого воздушного пузыря в воде. Мне иногда очень хочется спрятаться в такой пузырь.

- Иди ко мне, малышка. Я никогда и никому не дам тебя в обиду. Никогда и никому.

___________________________________________________________________________

 

Комментарии автору:

Всего веток: 8

Каролина Кербер 02.08.2017, 19:37:08

"О том, что сон разума рождает не только чудовищ, а чудовища являются таковыми исключительно в сознании сыновей и дочерей рода человеческого."

Про чудовищ звучит как намек, что будет что-нибудь страшненькое) не в прямом смысле , а может поступки или мысли, ситуации, но в отрывках этого нет.
Сцены про кафе и онанизм самые яркие на мой взгляд)

Эмиль Широкий 02.08.2017, 16:53:53

Словно отличный фильм посмотрел. Кто-то залез мне в голову и переставил книги, сюжеты, женщин. Но искренность и красота по прежнему на подоконнике. Спасибо!

Евгения Халь 02.08.2017, 16:40:49

Спасибо большое! Второй день подряд получаю удовольствие от вашей прекрасной прозы! И да, признаю свою ошибку: здесь только от первого лица и никак иначе - исчезнет эта магия доверительности и особенной, исповедальной откровенности.

Велеслава Ражная 02.08.2017, 16:28:52

Как сегодня было приятно снова увидеть зарисовки из «Софи»! Посмаковать.
Да, Дмитрий, действительно, как Вы вчера и сказали - повествование от первого лица и в настоящем времени.
Наблюдение за происходящим («Софи - тёмные глаза, длинные ресницы, чуть приоткрытые матовые губы - совсем чуть-чуть» или «Она переворачивается на спину, не глядя срывает колосок, вставляет в рот, прикусывая стебель»), мечты («Дарит улыбку мне. Почему нет? В моих мечтах она может быть любой…»), размышления о будущем («всё что кажется сейчас незначительным, обыденным, серым, спустя годы будет иметь самоличную ценность, станет чем-то невероятно значимым в контексте эпохи», о том, что окружает («Мир куда более сложен, чем ты в состоянии постичь, а то, что ты считаешь реальностью - лишь одна из мириадов его граней»). Каждый рассказанный момент - в настоящем времени.
Возникает ощущение сопричастности – видишь то, что видит рассказчик, грустишь о том же, представляешь образы, они как будто перед тобой - эти люди и эти закаты, а также кажется, что тоже наслаждаешься ванной ))))
Мне нравятся тексты от первого лица, при хорошей и искренней подаче появляется ощущение вовлеченности в происходящее.

Алёна Утюмова 02.08.2017, 12:57:11

Наброски... не отрывки текста, а именно наброски, позволяющие дорисовать картину. И фраза "это роман о природе человеческого сознания" не воспринимается мной как аннотация к роману "Софи", это описание книги, страницы которой измазаны шоколадом.

Begemot 01.08.2017, 23:28:20

Мне стало грустно. Ярким калейдоскопом промелькнули картинки и закончились, как угасший день, который больше никогда не вернется.

В ветке 5 комментариев. Показать

Последний комментарий в ветке:

Begemot 02.08.2017, 10:54:37

Дмитрий Вишневский, с утра, на свежую голову, постаралась разобраться почему возникло чувство грусти.
Я не знаю задумку вашего будущего романа.
но вот из этих отрывков возникло чувство, что два человека, если не созданы друг для друга, то понимающие с полуслова и полувзгляда, но почему-то они не могут быть вместе.
Возможно, я ошиблась, но возникли такие ощущения.

Елена Чемизова 02.08.2017, 07:08:33

Какие-то отрывки понравились своей красотой, какие-то оставили равнодушной, а какие-то показались неприятными...
Понравился предпоследний отрывок и ещё тот, который начинается со слов - "Знаешь, когда вглядываешься в эти чёрные точки над горизонтом..."
Третий отрывок оставил неприятное впечатление... Остальные отрывки впечатления не произвели, хотя может в романе смотрелись бы по другому...

В ветке 2 комментариев. Показать

Последний комментарий в ветке:

Дмитрий Вишневский 02.08.2017, 10:49:07

Елена Чемизова, спасибо вам за обратную связь)

Юлия Леру 01.08.2017, 23:35:03

О последнем дне лета интересно.

В ветке 4 комментариев. Показать

Последний комментарий в ветке:

Дмитрий Вишневский 02.08.2017, 01:03:32

Юлия Леру, этим наброскам примерно год, точнее не скажу. Вроде как чуть побольше года.