Мой взгляд на написание постельных сцен

Автор: Рощина Надежда / Добавлено: 18.04.16, 12:10:24

Я прочитала достаточно руководств по написанию постельных сцен от самых разных авторов, чтобы понять — все они лукавят, не выдавая главного секрета успеха постельной сцены. В основном, в подобных статьях описывается техника процесса, подробно разбираются основные позы, приводятся примеры удачных и неудачных описаний, даются некоторые общие рекомендации.

Данный материал запрещён к прочтению лицам, не достигшим совершеннолетия, содержит прямое упоминание мужского и женского детородных органов и может вызвать яркую негативную реакцию. Будьте осторожны! 18+

Действительно, используя одно из таких руководств, можно написать вполне себе приемлемую постельную сцену, но ммм… Обезьяну, если долго бить, тоже можно «научить» набирать буквы в правильной последовательности. Только работа эта будет механическая, и, соответственно, результат окажется совершенно не тем, который хотел бы автор увидеть.

Так в чём же дело? Почему руководства, подробные и обстоятельные, с многочисленными примерами и хорошей техникой, не помогают? Что скрывают от читателей опытные авторы?

Прежде чем назвать ключ к пониманию главного секрета успеха постельной сцены, я хотела бы провести вместе с вами небольшой эксперимент.

Закройте глаза и мысленно представьте себе следующую картину: вы находитесь за компьютером, в наушниках, с жадностью вчитываетесь в какой-нибудь интересный рассказ, и тут вас начинает тормошить кто-нибудь из домашних. Ваши эмоции понятны. Вас отвлекают, и это неприятно. Но чувствуете ли вы при этом прикосновения? Нет, вы определённо понимаете, что вас пытаются оторвать от интересного занятия, что вас тянут или трясут, но… чувствуете ли вы сами прикосновения родного вам человека? Сможете ли вы потом вспомнить, что руки у матери были немного влажными, потому что она перед этим закончила мыть посуду? Или что у брата пальцы были холодными, т.к. он пять минут назад пришел с улицы?

Скорее всего, нет, потому что прикосновения родственников в большинстве своем для вас нейтральные: как если бы вы дотрагивались сами до себя.

А теперь представьте, что в той же ситуации до вас дотронулся не родственник, а горячо любимый человек. Тут же по телу побегут мурашки, дыхание чуть-чуть собьется, мышцы живота могут подобраться, возникнет чувство неловкости или же приятной радости. В любом случае, вы отреагируем иначе, чем от прикосновения родственника.

И совсем другой будет ситуации, когда до вас дотронется член семьи, которого вы боитесь или ненавидите. Ну, ммм… кто-то вроде отчима, свекрови или совсем уж злой бабушки. Невольно, вы попытаетесь уйти от этого прикосновения, максимально отстраниться, отодвинуться. Ваша реакция будет более резкой. Мышцы спины напрягутся, губы сомкнутся вместе, вы нахмуритесь, начнете раздраженно барабанить по столешнице пальцами.

В этом, в моём понимании, и заключается главный ключ к успеху. Читатель в большинстве своём садится читать эротический рассказ для того, чтобы окунуться в атмосферу, прочувствовать эмоции главного героя, как бы… ммм… прожить его жизнью. И чем более подробно и правдоподобно переданы эти эмоции, тем, как правило, больший восторг испытывает читатель.

Если бы ситуация была обратной, я считаю, вместо тьмы эротических рассказов читатели штудировали бы атлас по анатомии.

В этом же заключается и самый крупный провал, когда, руководствуясь всевозможными пособиями и прекрасно описав последовательность действий, требуемую от постельной сцены (лечь на кровать, раздвинуть ноги, ввести член и т.д.), автор за всей этой механической работой совершенно забывает про характеры своих героев.

В таком случае мы имеем целый кусок текста, вырванный из общего контекста произведения — произведения, в котором до этого читатели переживали малейшие оттенки чувств главных героев, упивались их трогательной привязанностью или лишающим разума жгучим желанием. А потом… пппфф! И вместо сладенького они получили напоследок нечто неудобоваримое в качестве послевкусия.

Теперь, подводя итог всему вышесказанному, я приведу несколько рекомендаций, взятых из собственного опыта, опираясь на которые, любой автор, даже новичок, на мой взгляд, сможет справиться с написанием постельной сцены.

1. Помнить о чувствах

Чувства и мироощущение персонажа во многом зависят от:

а) отношения к персонажу

Одно и то же прикосновение может подарить как волну блаженства, так и всплеск острого негодования или неприязни, в зависимости от того, кто дотронулся до героя: мерзкая сгорбленная старуха, властный надменный лорд, источающий недовольство, или шаловливый щенок с черными глазами-пуговичками.

б) текущего настроения

Если герой до этого весь день провел в седле, то, скатившись с лошади — о, увы! — он будет мечтать о мягкой постели и горячей похлебке, потому что устал, проголодался, ноги затекли, спина ноет и т.д., но не о мгновенном сексуальном приключении.

в) от грызущих проблем

Если у героя кто-то умер или где-то что-то получилось не так, как хотелось бы, или же если на героя обрушился груз вины или ответственности, то, скорее всего, он так сильно будет поглощён своими внутренними проблемами и заморочками, что перестанет обращать внимания на окружающую действительность, впадёт в апатию и сексуальное приключение воспримет без должного энтузиазма.

г) от внешних обстоятельств

Если вслед за персонажами отправлена погоня и любой час и любая минута вполне могут стать для них последними проведенными вместе, то, несмотря на неизбежно присутствующий дискомфорт и накопленную усталость, все чувства героев будут обострены до предела, поэтому их близость, скорее всего, окажется судорожной, скомканной и ненасытной: они будут стремиться успеть насытиться друг другом, раствориться в партнере или забрать себе какую-нибудь его частичку. В этом случае долгие приготовления, ужин при свечах, ванна с лепестками роз и шампанским, расслабленная истома и прочие романтические вещи утратят свою актуальность.

Поэтому не стоит спешить и прописывать восхитительно нежную и чувственную постельную сцену сразу после того, как у главного героя умерла вся семья. Грустные эмоции так быстро не исчезнут. Скорее всего, они притупятся и пройдут сквозь всю постельную сцену легким оттенком горечи и сожаления, попыткой забыться, найти поддержку в партнере.

2. Не изменять своим героям

У каждого героя есть свой собственный (в идеале — уникальный) характер, вкусы и предпочтения, линия поведения, темперамент, которые непременно отложат свой отпечаток на его поведение в постели. Если персонаж 75% произведения прописывался как легкомысленный, взбалмошный, язвительный и острый на язык, то под конец, когда момент постельной сцены настал, очень прискорбно видеть, как он превращается в автомат по введению/выведению члена из женского организма.

Куда же делась вся язвительность и дерзость? Куда пропал грамотный троллинг? Все 75% произведения партнерша только и мечтала о том, чтобы этот персонаж «когда-нибудь заткнулся, потому что его шуточки...», и вот теперь в момент, когда даже нормальные люди от нервного напряжения начинают хихикать, наш взбалмошный язвительный персонаж послушно исполняет обязательную программу, вычитанную автором в соответствующих рекомендациях.

Вам смешно? Мне нет. В качестве примера приведу настоящий бестселлер зарубежной литературы — книгу «Шантарам» Грегори Дэвида Робертса, где для описания постельной сцены использовались нефритовые стержни и пещеры сладострастия, что, на мой взгляд, мало вязалось с главным героем — преступником, бежавшим из австралийской тюрьмы, бунтарём и мафиози.

3. Отслеживать атмосферу сцены

Атмосфера — это довольно-таки сложная штука, которая может оказаться не по зубам даже опытным авторам. С одной стороны, на атмосферу влияет всё (место, освещение, предыдущие события, настроение героев и т.д.), с другой стороны — атмосфера живет как бы сама по себе, задавая определённый толчок для развития тех или иных событий.

И дело здесь не столько в окружающей обстановке, сколько в создаваемом ей настроении — Внимание! — у читателя.

Это настроение может меняться туда-сюда-обратно по несколько раз за одну постельную сцену. Но есть два общих случая: атмосфера либо автору подвластна и он создает её целенаправленно, либо атмосфера существует сама по себе в отрыве от автора.

Какие есть стандартные схемы смены настроений в постельной сцене?

а) постепенно нагнетаемая, нарастающая

Как правило, большинство авторов используют именно её. А что? Очень удобно и технично описывать все эмоции по нарастающей: от легкого поцелуя в шею к жёсткому сексу с элементами насилия. Шучу!)) хд

б) непостоянная, взрывная, с резкой переменой эмоций

Обычно используется, когда партнёры ссорятся или выясняют между собой отношения, что в процессе очередного перехода из одной крайности в другую приводит к короткой, но страстной постельной сцене.

в) кольцевая, с возвращением к исходной точке

Классический пример, когда для главных героев постельная сцена происходит впервые и в силу отсутствия опыта или некоторых неразрешённых межличностных конфликтов, в какой-то момент дело стопорится, после чего героям приходится как-то разряжать атмосферу, успокаивать друг друга и начинать всё сначала. Или постельная сцена откладывается на потом, что дразнит читателей ещё сильнее.

г) по нисходящей

Когда речь идет о насилии в постели, на которое один из партнёров не рассчитывал. Как бы… вроде бы всё начиналось хорошо (свечи, цветочки и т.д.), но когда дело дошло непосредственно до введения члена, партнёрше стало больно, или она передумала, или партнёр обидел её каким-то своим резким замечанием, или он оказался извращенцем и т.д.

Также хочу особо отметить, что есть большая разница между тем, как представляется постельная сцена в голове автора, и тем, как он воплотил свою задумку на бумаге. Очень часто первое со вторым не совпадает, и это становится той причиной, по которой атмосфера теряется. В таких случаях помогают развёрнутые читательские отзывы, по ним можно судить — дошел ли до читателя первоначальный авторский посыл или нет.

4. Не играть в прятки со временем

Время — это очень важный момент при написании постельной сцены.

Так, например, если у нас убранная в шелка кровать, мягкое освещение, нет потребности вставать через четыре часа, то и действие может разворачиваться перед читателем постепенно: долгая прелюдия, массаж, эротические игры, двусмысленные разговоры, тщательная подготовка, какие-то особенные виды смазок, усиливающие чувственность, благовония, курения, превращающие половой акт чуть ли не в определённого рода священнодействие, чтобы создать необходимую атмосферу трепетного внимания, нужности и важности для женщины, и т.д.

Если же постельная сцена застала героев в окопе под пулеметом врагов, то у них есть от силы 3-5 минут, чтобы приласкать друг друга перед лицом возможной смерти для обоих — ровно столько, сколько времени требуется противнику на то, чтобы заправить в пулемет новую пулеметную ленту. Долгое и тщательное прописывание постельной сцены в подобной ситуации, на мой взгляд, вызовет у читателя как минимум недоумение.

Но кроме структурной логики, отвечающей за уместность выбранной автором скорости развёртывания постельной сцены перед взором читателя, также важна ритмика. Манера письма, речевые обороты и конструкция предложений должны — нет, просто обязаны! — передавать плавность или стремительность временного процесса. Иначе картинка в голове автора, его задумка, передастся читателю в сильно искажённом виде: у автора вся сцена пролетит за секунды, а читателю придётся перелопачивать десяток страниц.

5. Не путать местами физическое и духовное

Как часто вам попадались эротические сцены, в которых жертва изнасилования плавилась бы от восторга в руках умелого насильника, м? Я думаю, что достаточно часто, ведь этот сюжет один из самых популярных. Но только в произведениях мастеров данного сюжетного направления эмоции жертвы и физическое удовольствие от процесса как-то разделяются.

Как бы вам сказать… Вообще, тут присутствует сразу несколько подводных камней.

Во-первых, само физическое удовольствие у человека даже при близости с любимым партнером может просто-напросто не возникнуть, что уж говорить про насильника.

Во-вторых, возникновение физического удовольствия само по себе еще ничего не значит. Оно не настолько полное, чтобы привести человека в экстаз.

В-третьих, наибольшее удовольствие от секса человеку доставляет его мозг, усиливающий физическое удовольствие в десятки и сотни раз.

Мозг выступает в этакой роли резонансного контура: реакции от одних физических воздействий многократно усиливает, а от других сводит на нет, провоцируя затухание удовольствия. Поэтому нам неприятно, когда до нас дотрагивается ненавистный нам человек, и наоборот хорошо, когда это делает любимый. Мозг фильтрует поступающую к нему информацию и вывешивает нужные флаги — свой/чужой.

Однако, кроме мозга, у человека ещё есть душа. И эта душа достаточно ранима, чтобы не пережить насилия как такового в принципе. Иначе не было бы столько возни с длительной реабилитацией жертв изнасилования. Пережитое насилие в буквальном смысле ломает людскую психику, меняя её необратимым образом и зачастую в худшую сторону.

При этом ничто не мешает жертве испытывать физическое удовольствие при изнасиловании. Но что при этом чувствует душа? И какие выводы из этого делает мозг? Куда после насилия исчезает прежняя личность?

На все эти вопросы невозможно найти ответы, обосновывая человеческую реакцию одним лишь физическим удовольствием. Чем-то же мы отличаемся от животных?

Поэтому, как мне кажется, при написании постельной сцены следует учитывать и физиологический аспект (реакции тела), и социальный аспект (сигналы мозга), и духовный аспект (переживания души). При этом они могут находиться в достаточном противоречии друг с другом, чтобы мог возникнуть сюжетный конфликт.

К примеру, герцогиня любит доверенного слугу своего мужа. При близости с мужем её физиологический аспект и социальный будут на высоте, а духовный, напротив, уйдёт в минус, в то время как при близости со слугой — духовный и физиологические аспекты будут на высоте, а социальный уйдёт в минус.

При учёте описанных выше нюансов и отражении их в постельных сценах с мужем и со слугой можно получить две совершенно разные по чувственности и накалу постельные сцены.

6. Знать меру

Не все и не всегда нужно прописывать вплоть до мельчайших деталей. Иногда подобная детализация произведению только вредит.

Приведу пример: «Он долго всматривался в её зеленые, цвета первых, только пробившихся после зимы подснежников глаза, внутренне млея от того, как мягко обхватывало шелковое с V-образным вырезом розовое платье её плоскую девичью грудь, и две торчащие горошины сосков, что так маняще просвечивали сквозь тонкую ткань, лишь разжигали пробудившееся желание, томящейся негой разлившееся внизу живота».

А теперь вопрос: так ли важно читателю в описываемый момент знать, что сорочка была именно с V-образным вырезом? Или оттенок зелени её глаз? Меняется ли что-то, если эту часть из данного предложения выбросить?

По сути своей нет, не меняется, и на общий настрой тоже не влияет. Тогда зачем? Зачем пытаться впихнуть в одно предложение сразу всё, перегружая читателя ненужной ему в данный момент информацией?

Тоже самое происходит и при попытках расписать постельную сцену, доходя до каждого мельчайшего шага и описывая его во всех подробностях. Так тянется страница за страницей, а герои не доходят и до непосредственных ласк промежности. Хорошо, когда общий настрой при этом не теряется и автор правильно нагнетает атмосферу.

Но чаще всего где-то на середине читатель забывает, что там было вначале, и теряет уверенность в том, интересно ли ему знать, что же ждет героев в конце.

Между тем, предложения разрастаются и пухнут, добавляя всё новые и новые детали к интерьеру, свойствам тканей, важные факты из биографии героев, стратегические планы по дворцовому перевороту, количество слуг с их родом занятий и специализацией, наиболее вероятные причины поломки обода у карет, географию королевства и т.д.

Критична и обратная ситуация, когда у фраз отсутствует образность, а данная автором картина настолько скудна, что невозможно себе представить героев в пространстве. Неизбежно складывается ощущение, что они любят друг друга где-то в вакууме, вне времени и расстояний.

7. Следить за эпитетами

В данном случае присутствуют два нюанса.

Первый — это определение основных вещей. Если вы назвали член членом, а не плотью, не естеством, не пенисом, не болтом, не колбасой и т.д., то я думаю, не стоит по ходу разворачивания основного действа вводить еще десяток других эпитетов. Читатель просто запутается в подобной альтернативной анатомии и, не поняв великого художественного замысла автора, уйдет от него разобиженным.

Второй — это разная температура применяемых эпитетов, для которых «нежный», как и «целомудренный», звучит достаточно невинно (холодно), а вот «развязный», «жгучий», «страстный», как и «похотливый», вызывают совсем не невинные ассоциации (жарко).

Поэтому одно из умений авторов заключается в правильном последовательном использовании имеющихся в наличии эпитетов, чтобы создать именно ту температурную атмосферу (холодно-жарко), которую он запланировал для постельной сцены изначально.

В качестве примера, если речь идет о восходящей атмосфере, то начать следует с робких прикосновений губ, трепещущего сердца (или ресниц), нежной бархатной кожи, плавно переходя к взопревшему телу, страстным изгибам, чувственным поцелуям, а уже от них к рваному сбившемуся дыханию, ритмичным толчкам, искусанным в кровь губам и т.д.

Так, играясь с чередованием температурной окраски эпитетов, можно создать любую атмосферу.

При этом температура слов крайне важна, т.к. она прописана в тексте неявным образом. Поэтому, если ляпнуть где-нибудь посередине совершенно нейтральной сцены нечто весьма горячее, это приведет к недоумению со стороны читателя и ощущению диссонанса, когда всё вроде бы и хорошо написано, но вместе с этим что-то не так.

А теперь я просто поставлю эти слова рядом:

Робкие прикосновения к твоей растянутой вагине.

Страшно стало? Вот! Поэтому ищите правильные сочетания! :)

8. Помнить об обстановке

При этом я имею ввиду не только физическую обстановку как непосредственное место действия: стены, стол, стул, кровать, — без которой любое произведение неизбежно потеряет часть своей привлекательности, но и общественную.

Так уж получилось, что ни один человек не становится человеком в отрыве от социума, поэтому всегда и везде будут посторонние взгляды, слухи, сплетни, перешёптывания. Типичной, на мой взгляд, является ошибка, когда автор вводит персонажа с яркими отличительными чертами, резко выделяющими его на общем фоне, но при этом забывает дать реакцию на него общества.

Как, спросите вы, это может относиться к постельной сцене?

Приведу в качестве примера гостиницу возле основного тракта. Перегородки там, скорее всего, будут деревянными, слышимость хорошая, путники уставшие, и вот одна уединившаяся парочка будит среди ночи соседей сладострастными орами. В нашем мире мы стучим таким соседям по батарее или вызываем милицию. Нет, ну а вдруг соседи открыли подпольный бардель? 

Так почему же в придуманном мире все такие терпимые и солидарные?

Моё объяснение звучит приблизительно так: авторы эротических рассказов так сильно заморачиваются на восходящей атмосфере, что иногда просто до панических колик в животе боятся перебить её вежливым стуком в дверь, скажем, горного тролля с просьбой тискать друг дружку чуть-чуть потише, а то у него тут кулаки чешутся и вообще. 

Такая концентрация на чувствах главных героев друг к другу, безусловно, оправдывает себя: чувственный заряд передаётся читателям, те краснеют, бледнеют, каменеют и прочие «еют», — но где же изюминка?

А ведь именно она возводит текст от ремеслового (автор умеет писать постельные сцены, и мы это видим) к творческому прорыву (написанные автором постельные сцены не забываются, к ним хочется возвращаться снова и снова), когда необходимое количество уже написанных постельных сцен, пока автор «набивал руку», перешло в качество.

До сих пор помню эротическую сцену из рассказа Рэя Бредбери «Секрет мудрости», потому что меня до глубины души поразила простота, с которой автор смог создать невероятно яркую, видимую во всех деталях эротическую сцену. Маэстро написал, что изо рта мальчишки пахло только что разжёванным стеблем травы, имевшим сладкий душистый аромат, и мой мозг тут же выстроил целую картину деревни с её полями, коровами, пейзажами, запахами, стрекотом насекомых и прочим.

Так один маленький штришок — одна несущественная на первый взгляд деталь — смог вызвать в моей душе целую бурю чувств. Я до сих пор держу эту сцену в голове и, признаться, черпаю в ней вдохновение.

Поэтому не бойтесь добавлять детали к обстановке! В умеренном количестве они просто необходимы.

9. Отразить основную идею

Секс не всегда отражает расположенность и любовь партнеров друг к другу. С помощью постельной сцены можно выразить массу самых разных чувств и ситуаций: взаимное остывание друг к другу, безразличие одного из партнеров, ненависть друг к другу, толкающая героев в одну постель, горечь потери, когда уже все равно, кто героиней владеет, лишь бы имел, лишь бы согревал своим теплом, унижение и подчинение, страх одного к другому и т.д.

Настоящий мастер способен одинаково хорошо описать как бытовой трах, так и ту особенную ночь, которая может случиться 1-2 раза в жизни — не более. При этом бытовой трах будет выглядеть именно бытовым трахом, а та самая неповторимая ночь — той самой неповторимой ночью. Потому что с помощью близости, когда людские души обнажены точно так же, как и тела, можно расставить все точки над «и», ведь в такой ситуации персонажу некуда скрыться от самого себя. И даже, если он тут играет, мастерски изображая страсть, это тоже видно и вполне отразимо на письме автором.

Так что по-хорошему основная идея должна быть определена заранее. «Что нужно показать этой близостью?» — вот тот вопрос, который следует задавать самому себе перед написанием очередной постельной сцены.

10. Верить в себя

Удивительно, правда? В себя нужно верить. Ведь так часто бывает, что, прочитав чьё-нибудь произведение, мы про себя отмечаем: «Вот это постельная сцена!», «Ну и талантище автор», «Я никогда не смогу написать ничего подобного...» и т.д.

Конечно, поначалу всегда бывает, что, вымучив из себя от силы 2-3 предложения за 1,5-2 часа, мы сдаёмся и машем на текст рукой. Тем более что вокруг полно других произведений, где всё описано и лучше, и красивей, и сексуальней.

Ну, в общем, никак не сравнимо с нашими тремя предложениями.

А теперь самое время вспомнить пункт №1 и предисловие. Ваш рассказ будет хорош не столько красивыми словами или правильно построенными фразами (слова и буквы — они одни и те же для всех), а вашими чувствами, т.е. тем, что вы и только вы можете выложить на бумагу, с вашим опытом, с вашими переживаниями, с вашим отношением к жизни.

Проживите постельную сцену вместе с героями так, как её можете прожить только вы. Не бойтесь! Не сравнивайте! Будьте искренни сами с собой в своих страха и желаниях — и читатели к вам потянутся!

Если бы можно было написать постельную сцену идеально, то это сделали бы до нас ещё древние греки. Но постельные сцены, как и эротические рассказы, пишутся каждый день по сотне штук. Так, почему?

Потому что чувства не устаревают и никогда не исчезают бесследно. И, если ваши герои просятся на бумагу, значит нужно дать им шанс. Кто знает, пройдёт пара лет, ваше мастерство вырастет, и тогда вы сможете отредактировать уже написанное, но если ничего не напишите, всё забудется: и чувства, и герои, и вы сами в этом возрасте.

 

В завершении хочу сказать, что все вышеописанные рекомендации носят исключительно рекомендательный характер. Мне они помогли писать лучше. Надеюсь, что и вам помогут.

Но если у вас есть желание что-то добавить от себя, поделиться опытом или более развёрнуто рассмотреть какой-нибудь отдельный аспект, с радостью готова обсудить это в комментариях.

Комментарии автору:

Всего веток: 7

Анастасия Химич 18.04.2016, 13:22:10

А многим читателям, кстати, "механика" интереснее и важнее, чем духовные аспекты :) Чесслово, саму ругали за недостаточно подробно расписанный акт :) А в другом месте ругали за излишние подробности :)

В ветке 9 комментариев. Показать

Последний комментарий в ветке:

Анастасия Химич 19.04.2016, 14:08:15

Рощина Надежда, А вот в этом месте я лучше промолчу, потому что мои представления о Прекрасном и Качественном в литературе, мягко говоря, не совпадают с тем, что нынче печатают в сериях авторы, ставшие брендами :)

Анна Валентинова 18.04.2016, 12:50:19

Боже мой, сколько букв)))) ни одной статьи не читала про позы и количество. Где вы их нашли?))) Что я поняла для себя, написав две с половиной эротических книжки и прочитав их уйму. Многим авторам просто не дано писать про секс. С этим надо смириться и писать то, что получается. Если пишешь про секс - надо отбросить ложную стыдливость. Очень странно читать сцену 18+ где старательно избегается написание слова член. Ну и сцены секса подчиняется ровно тем же литературным законам, что и все остальное. И никаких секретов.

В ветке 22 комментариев. Показать

Последний комментарий в ветке:

Анна Валентинова 19.04.2016, 12:13:18

Рощина Надежда, да-да!

turnezolle 18.04.2016, 19:26:53

*ворчание, что сайтом не предусмотрено добавление поста в закладки *

В ветке 2 комментариев. Показать

Последний комментарий в ветке:

Рощина Надежда 19.04.2016, 11:39:31

turnezolle, возможно, в будущем такая возможность появится. Я на сайте меньше месяца, но уже застала одно большое обновление ^___^

Татьяна Богатырева 18.04.2016, 20:29:09

Хорошая статья, все по делу. Плюс к карме))))

В ветке 2 комментариев. Показать

Последний комментарий в ветке:

Рощина Надежда 18.04.2016, 21:01:01

Татьяна Богатырева, спасибо, Тигра))))) :3

Ренсон 18.04.2016, 19:42:33

Гимн бесстыдству и разврату. Вижу, понятие стыда уже забыто. Окно Овертона в действии.
Вместо того, чтобы прививать традиционные ценности, вы предлагаете разврат.
Куда Россия катится.

Светлана Гольшанская 18.04.2016, 12:33:03

"Ваш рассказ будет хорош не столько красивыми словами или правильно построенными фразами (слова и буквы — они одни и те же для всех), а вашими чувствами, т.е. тем, что вы и только вы можете выложить на бумагу, с вашим опытом, с вашими переживаниями, с вашим отношением к жизни".
Очень правильные и нужны слова, которые касаются всего творчества в целом. Жаль только, не все их понимают.
Спасибо за полезную статью!

В ветке 4 комментариев. Показать

Последний комментарий в ветке:

Рощина Надежда 18.04.2016, 16:07:16

Светлана Гольшанская, согласна :)

Лара Вагнер 18.04.2016, 12:24:39

Интересный блог получился, спасибо! Мне кажется, не всегда стоит подробно расписывать детали постельной сцены. Иногда достаточно нескольких ярких фраз, чтобы включить воображение читателя. Люди взрослые, технику секса более-менее представляют, главное - передать эмоции. Но это имхо, конечно.
Вот только собралась почитать «Шантарам», а там, оказывается "нефритовые стержни" да "пещеры сладострастия". Что-то даже уже читать расхотелось))))

В ветке 2 комментариев. Показать

Последний комментарий в ветке:

Рощина Надежда 18.04.2016, 13:28:21

Лара Вагнер, ну... "Шантарам" интересно читать не с точки зрения литературного мастерства автора, а ради истории. Роман даёт широкий исторический срез о жизни Бомбея, о его жителях, их культуре и традициях.
Литературное качество, мягко говоря, спорно, потому что роман написан так, как написан. С пещерами удовольствия и нефритовыми стержнями в том числе.
Но я с самого начала относилась к роману как к автобиографии, написанной самим автором в меру его способностей, и не ожидала многого. Такой подход позволил мне избежать разочарования))))
Рада, что вам было интересно! ^___^