Агент-призрак

Размер шрифта: - +

Глава 10

Глава десятая

…Тень оставляет следы, но не каждый их замечает…

Рон оказался неглупым парнем. В гостиницу он приезжать отказался, предложил встретиться завтра утром в Сенатской Кунсткамере — так называли в столице музей артефактов. И в самом деле, незачем нам вдвоем светиться в «Золотом Стрекуне». Мы попрощались, и я вернулся к машине Клода.

Таксист ничего не спросил, сунул монтировку под сиденье, переключил коробку передач, и мы поехали. Дорога была из рук вон плохая, битый час мы колесили по Трущобному кварталу, пока, наконец, не выбрались на мощеные улицы. На центральных улицах было многолюдно. Крутились огни реклам. Хлопали двери кабачков, кинотеатров и дансингов, впуская и выпуская толпы горожан, жаждущих ночных развлечений. Ливень гулякам был не помеха. Я вообще удивляюсь, как обитатели Дождя до сих пор не отрастили плавников и жабр — при здешней-то сырости?

Клод притормозил у парадного крыльца гостиницы. Немедленно подскочил швейцар с раскрытым зонтом.

Я протянул Клоду деньги, но он покачал головой.

— Мне достаточно, сударь, того, что вы уже заплатили, — сказал таксист.

— Если мне понадобится машина, как мне тебя найти, Клод?

— У портье есть телефон барышни-диспетчера, — откликнулся он. — Скажите, что хотите заказать машину номер 0234-А. Водитель Клод Бернье.

— Хорошо, я так и поступлю.

Я пожал таксисту заскорузлую ладонь и вылез из салона. Швейцар простер надо мной черный купол зонта, гудящий от твердых, будто стеклянных, струй.

Перед сном я заказал ужин и выпивку — немного, только для того, чтобы подкрепить нервы.

...Мне снился Дэн Крогиус. Он возникал из сырого марева нескончаемого ливня и силился мне что-то сказать, но гром заглушал его слова...

Сенатская Кунсткамера оказалась внушительным зданием. Серо-зеленые колонны по фасаду, портик с кариатидами, продолговатый остекленный купол, засиженный птицами. Я потянул на себя массивные двери и очутился в прохладном полумраке музейного вестибюля. Купил в стеклянном окошечке кассы входной билет, сунул его контролеру и начал неторопливо подниматься по гулкой лестнице.

В мыслезаписях Тени, с которыми я ознакомился на Земле, экспонаты этого музея были подробно воспроизведены. Но одно дело увидеть на экране, другое — своими глазами.

Кунсткамера впечатляла. В стеклянных витринах серебрились узлы неизвестных устройств, похожих на коралловые скелеты. Подмигивали множеством янтарных глазков какие-то искривленные столбики, словно смятые ударом громадного кулака. Шевелились дырявые полотнища, в прорехах которых струились языки бледного пламени. Там и тут что-то непрерывно вспыхивало, пульсировало, переходило из одного агрегатное состояние в другое, билось, будто в припадке, или оставалось неподвижным и бесцветным, но при этом отчетливо давило на психику, вызывая тошнотворный ужас. И все происходило без какой-либо внешней энергетической подпитки.

Технологии Сверчков, чтоб им пусто было…

— Впечатляет?

Я обернулся. Точнее — с трудом оторвал взгляд от абстрактной скульптуры, без всякой видимой опоры парящей над невысоким постаментом. Рядом со мною стоял Рон Белл — сотрудник столичного Департамента Научной Информации, единственный человек, связывающий меня сейчас с Тенью.

— Впечатляет, — согласился я. — И как это, — я кивнул на скульптуру, — умудряется не падать?

Рон пожал худыми плечами.

— Физически — понятно как, — сказал он. — Магнитное поле, сверхпроводимость. Другой вопрос, откуда берется сверхпроводимость при комнатной температуре?

Я отмахнулся, пробормотав:

— Все равно ничего в этом не понимаю.

Он кивнул, дескать, и не надо, и тут же задал вопрос, который мне не понравился:

— Вы давно виделись с Эвертом?

Пирс Эверт — вот еще один псевдоним Крогиуса. Честно говоря, я очень надеялся, что это Белл прольет свет на судьбу Тени.

— А вы? — задал я встречный вопрос.

Рон покачал головой.

— Тридцать дней назад, — сказал он. — Эверт не вышел на контакт в условленное время. Я всерьез обеспокоен. Думал, что вы...

Тридцать дней — это, примерно, полтора месяца в земном исчислении. Именно тогда пиктограмма Тени исчезла с Навигационной Карты.

— Каким же образом вы на меня вышли, Рон?

Если он сейчас соврет, то автоматически попадет в список подозреваемых в убийстве Тени.

— Мне сообщил о месте и времени вашего появления Эверт.

Я с трудом удержался, чтобы не выпучить от изумления глаза.

Как это — сообщил? Он что, жив? А Навигационная Карта? Ее же невозможно обмануть!

Все же мне не удалось скрыть от Рона Белла замешательства.

— Нет-нет, — быстро сказал он. — С Эвертом мы не виделись три декады, если точнее — с Парада Лун, но он оставил эту записку.

Я взял с ладони Белла клочок бумаги, расправил. Всего несколько строк написанных, несомненно, рукою Дэна Крогиуса: «Старый канал. Бредун. 16 Прояснение. 7.00».

— Откровенно говоря, — продолжил Рон, забрав записку, — я думал, что Эверт указал время и место внеочередного контакта. Шестнадцатое Прояснение наступило как раз вчера. Я поехал, но увидел на явочной точке не Эверта, а вас. Подходить к вам в «Бредуне» я не стал — этот кабак всегда набит филерами — и потому бросился в ту нелепую погоню. Я бы никогда не догнал вас на своей колымаге. К счастью, вы сами остановились.

Звучит убедительно... Ну, допустим.

— Потому и появился на точке, — пояснил я, — что Пирс Эверт пропал. Меня послали найти его.



Максим Хорсун

Отредактировано: 15.04.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться