Апрель 2016: Психологическая литература

Размер шрифта: - +

Рецензия на роман Ирины Успенской "Практическая психология"

 

Гость апрельской рубрики «Бенефис» — писательница Ирина Успенская, поэтому сегодня хочу рассказать вам про роман Ирины «Практическая психология». Вышло две книги «Практическая психология. Конт» и «Практическая психология. Герцог», но в этих книгах — одна история, поэтому я буду называть все книги, подразумевая и будущую третью, романом. 

Не очень люблю писать про неоконченные истории, а это пока не закончена: у автора запланирована третья книга, да и логического конца в истории нет. Хотя если подумать: какой логический конец может быть у этой истории?  Конт Алан сядет на трон? Виктория превратится в Алана, обогатив и облагородив его? Виктория\Алан выполнит некую высшую миссию и вернется в собственное тело? О чем, собственно, история? Пока нет конца, можно только догадываться. Попробуем же немного поразмышлять.

Итак, Виктория Вавилова, русская женщина лет пятидесяти, жена, мать троих сыновей, — волей двоих небесных шутников попадает после смерти в тело двадцатичетырехлетнего конта, эгоиста и садиста, только что убившего своего отца. Несколько дней Виктория в теле мужчины борется со смертью, потому что полученную на охоте рану кто-то смазывает ядом. Очнувшись, Виктория начинает действовать: учит язык, ищет убийцу и наводит порядок в принадлежащих ей теперь владениях, налаживая отношения с людьми. Благодаря новой личности, нестандартным решениям и женской сущности конт быстро находит друзей и наживает врагов, которые помогают ему двигаться дальше и выстраивать новую жизнь. Оказывается, конта многие хотят отправить на тот свет, откуда он с таким трудом выкарабкался…

В первую очередь хочется отметить густоту, насыщенность текста. Пейзажи, характеры, детали средневекового быта складываются в подробную и яркую картину, полную живых красок. Автор не гонится за описаниями, однако не чурается их, так что и замок, и природа, и люди выписаны полнокровно и достоверно.

Только один раз за две книги я сказала «не верю!», и было это, когда героиня с ходу в первой фразе, обращенной к ней, вычленила имя. Незнакомую речь невозможно на слух разбить на слова, ведь мы говорим не словами, а синтагмами — связками слов, которые произносятся слитно.  Грубо говоря, в речи нет границы между словами и уж тем более — заглавной буквы, чтобы определить, что это именно имя.

 

Достоверность хочется отметить отдельно как несомненное достоинство романа — учитывая, что автор выбрал совсем не легкую тему: как женская душа станет приживаться в мужском теле. Что изменится в человеке, получившем новую личность? Что сильнее: сознание или тело? Другая сложность — создать реалистичное попаданчество. И здесь автор поработал на славу. Так как попадает в другой мир только душа, проблема взаимодействия с чужими микробами отпала, тело реципиента — органичная часть нового мира и полностью вписана в него. Незнанию быта и собственной прошлой жизни находится правдоподобное объяснение, причем не одно, — одновременно нестыковки и промахи возрожденного конта не замалчиваются, не скрываются и дальше играют свою роль в сюжете.

Достоверность во всем: в психологии, в образах — в людях. В отношениях. В романе много персонажей, и все они живые, все они узнаваемые. При этом каждый из них, хоть и связан как-то с главным героем, живет своей собственной жизнью, имеет собственные цели, виды на будущее, на самого конта, на возможные риски и профиты в сотрудничестве с ним.

Ах нет, еще один раз я не поверила: все-таки в начале говорится, что Туру отрезали язык, а потом он ничего себе бодро разговаривает, и оказывается, что не весь язык, а только кончик. В отрезании кончика не вижу смысла, ну и все-таки это большая разница — язык или кончик. Но это не про отношения, конечно.

 

 

Итак, Виктория теперь Алан. Или все-таки Виктория? Утренняя эрекция — это не главная проблема, с которой пришлось столкнуться женщине и матери. Она попала в средневековый мир, в котором к тому же существует рабство. Рабы, как водится, голодные и бесправные, и среди них есть дети. Похожие на ее сыновей в детстве! Не только незнание языка и быта заставляет ее выдавать себя, но и несогласие с устаревшими гуманистическими нормами, скажем так. Не может современная женщина спокойно смотреть, как бьют и калечат невинных людей, да и много еще на что не может. Так что Виктория-Алан быстро начинает переделывать этот мир под себя, начиная с малого. И, конечно, быстро привлекает к себе внимание сильных мира сего.

Хочется отметить два основных качества героини, которые присущи ей изначально, если так можно выразиться, качества самой Валерии, — решительность и деловитость. С самого начала, оказавшись в незнакомой обстановке, она действует — потому что действие спасает от безумия и тоски. Почему-то Виктории оставили память о прошлой жизни, и осознание необратимости случившегося ее гнетет. Действует, потому что не может сидеть сложа руки. Действует, потому что нельзя просто взять и принять несправедливость окружающего порядка. В сложных обстоятельствах Виктория принимает решения и действует, и это сразу расположило меня к героине (герою? пожалуй, в первой книге она только героиня). При этом она остается женщиной: теряет сознание при известии, что у нее есть жена, обнимает мальчишку-раба, так похожего на ее сына, страдает об оставленной семье, сопереживает всем, пострадавшим от первого хозяина ее тела.

Однако некоторые решения, особенно кровавые, непопулярные, опасные совершает не столько она, сколько ее мужская часть — ярость Алана.

И здесь мне хотелось бы упомянуть о подоплеке основного конфликта — взаимодействии мужского и женского начала в отдельно взятой душе.

Виктория — решительная и деятельная. Разумная, рациональная, нравственная. Положительная. Она решает, возглавляет, управляет, двигает людей и ситуации. Это все ее личность — ее, Виктории, женская сущность.



Вестник Lit-Era

#1256 в Разное

Отредактировано: 29.04.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться