Блики старой пленки

Размер шрифта: - +

Блики старой пленки

 

  Маркус с интересом разглядывал оставленный прошлыми жильцами хлам. Трепетно прошелся пальцами по старинному трубчатому телевизору, проводя тонкую линию по осевшей с годами пыли. Нажал на звонок рядом стоящего велосипеда, отчего сам же и вздрогнул. Засмеялся. Сдув с небрежно брошенной книги прах памяти и долгих лет, придирчиво осмотрел обложку. Оказалось, что это не книга, а альбом для фотографий, в котором, как ни странно, не было ни единой карточки. Снимки неровными стопками были разбросаны по чердаку.

  Словно бы кто-то не захотел смешивать все фотографии в одну кучу, оставив их на самом видном месте.

  

  Громко чихнув, Маркус решил открыть окно и впустить теплый летний воздух в затхлое помещение. Он купил дом, чтобы сбежать от городской суеты, побыть наедине с природой. Обсуждая с риэлторами возможные варианты, Маркус тут же зацепился за этот, лишь взглянув на фотографию: двухэтажный деревянный дом с голубоватыми, потрескавшимися от старости, проседающими ставнями, высокой черепичной крышей, небольшой верандой и широкими мягкими качелями с замысловатыми китайскими иероглифами.

  

  -Дом требует ремонта, - честно сознался тогда риэлтор. - Новой мебели, покраски. Да и стоит он многим меньше, чем вы предложили.

  - Вы просто хотите оставить себе столь лакомый кусочек, - пошутил Маркус.

  - Да кому эта рухлядь нужна? Три года уже продать не могу, - не удержался риэлтор, но тут же прикусил язык. - Но вы правы, там есть определенная романтика. Да и места неплохие. Птички, свежий воздух... Все, как вы и хотели! Вдохновение попрет, только и успевайте записывать!

  Маркус поморщился. Муза покинула его лет пять назад, и он не смог написать ни строчки. Его агент перепробовал все, чтобы вернуть писателю вдохновение: возил в Вегас, к горам, таскал на органные концерты, даже купил граммофон и печатную машинку, в надежде, что старинный антураж повлияет на вдохновение сильнее, чем работа на новомодных гаджетах. Тщетно. Фанаты на форумах буйствовали, требовали новых книг, телефон разрывался, почта ломилась от писем, но Маркус просто не мог. Как отрезало. Ни одной зрелой идеи, ни одной зацепки, ни одного персонажа в голове, даже самого захудалого и неинтересного. Поклонники со временем угомонились, агент ушел к более перспективному писателю, а Маркус жил весьма однообразно, да еще и с клеймом иссписавшегося автора, в небольшой квартирке в центре города на двадцать пятом этаже.

  Возвращаясь однажды с ежевечерней прогулки по суматошным улицам города, Маркус заметил пожилую женщину, сидящую на измазанной картонке и читающую им же написанный роман, завернутый в яркую глянцевую обложку. Подол длинной синей юбки бродяжки валялся на грязном асфальте, оголяя ноги в красных колготках. Золотистая потертая ветровка выглядела бы модно, если бы не непонятные налипшие куски на рукавах. О природе этих кусочков Маркус старался не задумываться, потому что его почти тошнило от амбре, разлетающегося от женщины в диапазоне нескольких метров. Что-то внутри екнуло, захотелось запечатлеть ее образ на бумаге, отыгрывая на клавиатуре симфонию букв.

  Маркус замер, ловя взглядом каждое движение бездомной: то, как она, слюнявя палец, переворачивает страницы, щурится, вчитываясь в буквы, хихикает над чем-то. Он простоял так минут десять, уже не обращая внимания на запах, пока она не подняла на него взгляд. Писатель стушевался, а женщина, посмотрев на обложку, внимательно вгляделась в портрет автора. Маркус, не желающий быть узнанным, тут же направился к дому.

  - Эй, - окликнула она его. Маркус не обернулся, только сильнее заторопился. - Тьфу! Проще надо быть! Ближе к земле!

  Он думал об этой брошенной вслед фразе, читая объявление о временно неработающем лифте, поднимаясь на двадцать пятый этаж по лестнице, снимая обувь и проходя на кухню за водой, кормя рыбок и привычно присаживаясь на удобный стул к компьютеру. Но вместо того, чтобы открыть файл с чистым листом, Маркус воспользовался поисковиком и узнал номер риэлторской компании, куда и направился на следующий день. Проще надо быть, ближе к земле...

  При переезде Маркус взял с собой только самые нужные вещи, остальные отдал в пункт помощи бездомным. Оставил весь свой хлам, а теперь разгребал чужой.

  Первые два дня мужчина слонялся по дому, не находя места себе и своему компьютеру. Потом размышлял, в какой из комнат остановиться самому, а где сделать гостевую. Дом и правда требовал ремонта: обои беспощадно отклеивались, половицы ворчливо скрипели, играл в салочки сквозняк, периодически прячась в оконных щелях.

  На третий день Маркус обнаружил маленькую незаметную дверь в цвет обоев, в коридоре второго этажа. Вспоминая жуткие истории про детей, закрытых в тайных комнатах, найденных скелетах и различных призраках, мужчина нашел фонарик и поднялся по узкой лестнице наверх...

  

  

  Отвлекаясь от городских воспоминаний, Маркус резким рывком открыл застоявшиеся скрипящие ставни.

  

  Легкий ветерок тут же ворвался внутрь, колыхая фотографии и листы раскрытых книг. В легкие проник свежий воздух, а на чердак - свет. При свете дня комната не потеряла своей атмосферы и продолжала веять памятью, покрытой пылью. Тот же велосипед с широким рулем и с плетенной корзинкой, те же коробки с железными болтиками, инструменты, фарфоровые куклы, фотокарточки с веселыми лицами. Казалось, сюда не заглядывали долгие годы, и Маркус почувствовал себя кладоискателем, нашедшим настоящие сокровища. Внутри на мгновение екнуло, по пальцам будто током ударило: захотелось описать эту комнату, пропитанную чужой историей.

  Быть может и не одной.

  



Верхова Екатерина

Отредактировано: 18.04.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться





Похожие книги