Элемента.М

Размер шрифта: - +

Глава 14. Кладбище

Еве казалось, что она закрыла глаза всего лишь на секунду, но, когда она их открыла, на улице стемнело, и невыносимо болела шея. Кое-как она подняла голову из неудобной позы, помогая себе рукой, и у нее это уже почти получилось, когда она услышала его смех.

            - Бедная Серая шейка! - сказал Дэн со своего кресла.

            - Ммннн, - только и смогла простонать в ответ Ева, - Сколько времени?

            - Много, - улыбнулся Дэн.

            - Блиин, - Ева пыталась размять затекшую шею.

            - Давай я, - Дэн встал и слегка развернув ее к себе спиной начал массировать здоровое плечо.

            - Что сказал Арсений, - спросила Ева, прикрыв один глаз от боли и кривившись.

            - Ничего. Я у него и не был, и поговорить с ним не смог, он был занят. Обещал, что перезвонит как освободится.

            - Где же ты был? - удивилась она.

            - Дома.

            Его пальцы упругими движениями массировали ей практически продолговатый мозг и Ева чувствовала, что еще пару движений в сторону мозжечка и волосы ее из-за мурашек встанут дыбом во всю их длину, поэтому попыталась стряхнуть его руки. Массаж прекратился, но присев на кровать он начал пропускать сквозь пальцы ее волосы, и мурашки с головы расползлись по всему телу.

            - Что нового дома? - наконец собралась с мыслями Ева.

            - Дома все по-старому, но я принес кое-что, - и он достал из кармана и передал Еве листок.

Она развернула его, пару секунд вглядываясь в отсканированную копию какого-то рукописного текста и передала его Дэну обратно. Письмо было написано на неизвестном ей иностранном языке.

            - Спасибо, но мне эти каракули ни о чём не говорят, - сказала она с легким раздражением.

            - Мне тоже. Пока. Это копия записок того француза, где говориться про Помещицу. Я сделал официальный запрос на копию документа, и мне его прислали, но я удовлетворился переводом, который мне дал Шейн и самостоятельно переводить ничего не стал. Но сейчас после рассказа Купчихи про Черных Ангелов, я понял, что ведь, правда, Ангелы должны быть девушками.

            - Вообще-то Ангелы должны быть в худшем случае бесполыми, но чаще их изображают мужиками. Белыми, - уточнила Ева. Дэн перестал гладить ее волосы, и она просто положила голову ему на грудь.

            - Наши Ангелы всегда девушки, всегда рыжеволосые, и они бывают и Белыми и Черными. Только не по цвету кожи, а по цвету оперения. И Белые и Черные Ангелы выполняют прямо противоположные функции. Белые приносят Души новорожденным малышам, а Черные уводят Души умерших в Замок Кер.

            - Как поэтично, - прокомментировала Ева, - Белые Ангелы Жизни и Черные Ангелы Смерти. И если я правильно поняла принцип деления вашей расы по цвету волос, то все они определенно керы.

            - Да, - сказал Дэн рассеянно, и Ева поняла почему - он усиленно вглядывался в листок, - не силен я, конечно, во французском, но здесь явно про демонов.

Он ткнул пальцем в какую-то каракулю и показал Еве. Она удивилась, но тоже смогла разобрать démons. Deux démons.

            - Интересно, что именно подразумевала эта дворовая девка, когда рассказывала про двух демонов? – спросил Дэн.

            - Кто ж её знает, - вздохнула Ева, - Может они просто в черной одежде были или черноволосые? А кстати есть среди алисангов темнокожие?

            - Нет, темнокожих нет. Хоть это можно сказать с уверенностью.

Он помог Еве перелечь на подушку, а сам встал. И очень вовремя. Вошла Губастая с недовольным лицом и шприцом, правда, при виде Дэна лицо ее озарилось милой улыбочкой, которую Дэн не заметил, потому что полез в этот момент за внезапно зазвонившим телефоном. Еву же Губастая тут же припечатала взглядом к кровати и небрежно махнула рукой приказывая предоставить мягкое место для укола. Именно приказывая, и присутствие Дэна в такой не очень приятный для Евы момент ее только порадовало. Но Дэн стоял сначала к ним спиной, а потом, когда Ева, вздохнув, начала переворачиваться, и вообще вышел. Единственным неоспоримым достоинством Губастой как медсестры была невероятно легкая рука. С каким бы настроением она не втыкала иглу, именно после ее уколов нога почти не отнималась и болело всегда меньше. Она сделала свое дело и вышла так и не проронив ни слова. Ева понимала, конечно, за что она ее недолюбливает, но все равно было немножко обидно. Поэтому она тяжко вздохнула и уже вернулась в исходное положение, когда Дэн вернулся.

            - Жаль, что ты еще не можешь пойти со мной, - сказал он, тоже вздыхая, присаживаясь на самый краешек ее кровати, - Я бы познакомил тебя с моими друзьями.



Елена Лабрус

Отредактировано: 22.04.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться