Летописец. Книга 1. Игра на эшафоте

Размер шрифта: - +

Глава 13. Расследование

Катрейна по приказу Айвариха вернулась во дворец Нортхеда, но в прежние комнаты её не пустили — она жила в комнате одной из фрейлин, и обслуживала её лишь пара слуг. Похороны Тории прошли торжественно, однако и туда Катрейну не пустили. Тела двух послов собирались отправить в Барундию, но эта миссия откладывалась из-за паводка на Калсе, чьи воды затопили прямую дорогу у Соуборта. Ехать в объезд долго и небезопасно, а отправлять корабль Айварих отказался. Решено было подождать пару недель до окончания паводка. Карл Немой позаботился, чтобы тела не слишком испортились, и поместил их в холодный подвал.

Расследование убийства началось с того, что арестовали несколько Ривенхедов. Даже Валамир Ривенхед, названный в честь первого короля Сканналии, оказался под арестом, хотя жил вдали от всех уже много лет: лишь перед убийством он оказался в Нортхеде по делам. Сын погибшего в Северной гавани Шеймуса Лайнард Ривенхед, недавно вступивший в королевскую стражу, убил Михаэля Иглсуда, но был заколот Власом Мэйдингором.

Что происходит? Этот вопрос Катрейна задавала себе по сто раз на дню, но ответить на него никто не спешил. Она только знала, что перед приёмом Тория скончалась, и тут же заподозрили отравление. Кто-то выкрикнул имя Катрейны и её фрейлины Маи. Вслед за Катрейной послышалось имя Ривенхедов, и вот тут Лайнард вынул меч и бросился на клеветника — им оказался брат Тории Михаэль. В потасовке убили обоих послов Барундии.

Катрейна отчаянно хотела знать, что же происходит за стенами комнаты, но она также боялась узнать о новых арестах. Похоже, с ужасом думала Катрейна, Айварих решил извести всю её семью. Она уже не пыталась понять действия бывшего мужа, а всё больше вспоминала родных и представляла их будущее в эти жуткие времена. Она молилась за каждого, оплакивая их и свою судьбу, но теперь даже слёзы закончились.

Дверь открылась внезапно, и Катрейна вздрогнула. Айварих лично навестил её! Она попыталась встать, но пошатнулась и снова села на кровать, умоляюще взглянув на короля. Он изменился, некстати подумала Катрейна. Она не видела его четыре месяца, но что-то в нём казалось совершенно чужим. Его глаза были красноватыми, опухшими и незнакомыми. Айварих посмотрел на неё, как на таракана, потом приказал следовать за ним. Катрейна шла с трудом, но Айварих тоже не спешил. Они вышли из комнаты и свернули налево, к Северной башне. У входа в башню Айварих кивком велел жене идти внутрь. Они оказались на лестнице, которая вела и наверх, и вниз. Часовой выглянул из закрытой ниши, где когда-то был нужник, и вытянулся перед королём. Катрейна нерешительно замерла, но Айварих слегка подтолкнул её в спину и указал вниз. Они спустились на один пролёт и оказались на лестничной площадке первого этажа, откуда вела единственная дверь в восточное крыло. Катрейна подумала, что муж хочет запереть её в темнице. Она содрогнулась, но они оказались в обычной комнате, забитой сундуками. Бочки с водой отражали свет свечей. Единственное маленькое окошко закрывала решётка. Стульев в комнате не было.

Айварих оглядел бывшую жену и хмыкнул, затем подвёл к столу, который ломился от каких-то приборов. Он взял плётку с шипастыми железными наконечниками на трёх «хвостах»:

— Знаешь, дорогая, мне иногда кажется, что каждый муж должен хотя бы раз её на шкуре жены испытать. — Он положил плётку и обежал взглядом стол.

— А вот это, — он показал нечто вроде щипцов с двумя повёрнутыми друг к другу двузубыми вилками на концах, — что угодно оторвёт, например... — он коснулся груди Катрейны.

У Катрейны подкосились ноги, и она упала на твёрдый пол. Она пришла в себя, когда вода потекла по лицу. Айварих улыбался, глядя на неё.

— Не вздумай снова сознание потерять, иначе в этом ошейнике очнёшься. — Ошейник был железным с шипами внутри. Он брякнул его на стол.

— Пойдём, ты ещё не всё видела.

Он — Катрейна не решалась звать этого страшного человека по имени — схватил её за руку и заставил подняться. Подтащив её к другой двери, он распахнул её, и Катрейна оказалась в аду.

От сильного жара она моментально взмокла. Горел камин, но не обычный камин, а приспособленный для мучений — с цепями, решёткой, колодкой для ног жертв и разного вида щипцами. Через крюк в потолке тянулась верёвка, один её конец был намотан на стоявшую у стены лебёдку, а другой удерживал связанные за спиной руки Ульрика Холмкреста, мужа Сиэллы Ривенхед, тётки Диэниса. Огромный палач подкрутил лебёдку, руки Ульрика дёрнулись, и он закричал. Его тело изогнулось, закреплённая на ногах тяжёлая гиря неохотно закачалась из стороны в сторону. Ульрик являлся членом Королевского Совета, куда его ввёл отец — барон Холмкрест. Сам барон был настолько стар, что никто уже не помнил, сколько ему лет. Ульрик — его единственный законный сын.

Рядом с палачом стоял маленький человечек в маске и кожаном переднике, покрытом свежей кровью. В руке он держал финик, который как раз сунул в рот. На столике неподалёку стояла целая чашка засахаренных груш, вишен и слив.

Катрейна наклонилась, и её стошнило.

— Ваше Величество? — негромкий голос оглушал. Знакомый голос. Катрейна обернулась и увидела того, кого не заметила раньше. Георг Ворнхолм перед их приходом явно что-то записывал на столе в углу. Ворох бумаг лежал рядом.

Барон с ужасом смотрел на Катрейну, словно не веря глазам.

— Я же говорил, что приду, — раздражённо сказал Айварих, толкая Катрейну к столу. Она мельком отметила, что в комнате есть вторая дверь: за ней должны быть камеры.

Георг вскочил, освобождая единственный стул в комнате.

— Ваше Величество... — обратился он к ней.

— Она больше не королева, забыл? — оборвал его Айварих.

Барон Ворнхолм не обратил на него внимания, усаживая Катрейну на стул, после чего обернулся к королю:



Юлия Ефимова

Отредактировано: 16.03.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться





Похожие книги