Нетореными тропами 1. Страждущий веры

Размер шрифта: - +

Глава 16. Сеятель бурь

1527 г. от заселения Мидгарда, мёртвая окраина Урсалии, Лапия

Асгрим предлагал выступить всем племенем и унести девчонку в защищённый чарами дворец, но король решил действовать скрытно: «Нельзя осквернять покой древней твердыни присутствием исконного врага». Да тридцать три твари от маленького отряда туатов и мокрого места не оставят! Но кто же будет слушать сглупившего Асгрима?

Теперь король сам возглавлял поход. Немалый возраст пригибал Ниама к земле, ворожба, что скрывала отряд в плотной тени, отнимала много сил.

Погода не жаловала. В полдень стемнело, как ночью. Мокрые хлопья снега застилали глаза. Ветер свистел и завывал на открытых местах, шатая заборы и даже стены домов. Неистовствовал, словно встал на сторону врага.

На этой окраине прошлой весной холера покосила много длиннобородых, оставшиеся в живых бросили дома и ушли искать лучшей доли, веруя, что по мёртвым улицам скитаются духи болезней и смерти, похожие на закутанных в чёрные плащи горбунов с длинноклювыми масками на лицах. Но сейчас в заброшенных жилищах поселилось иное зло.

— Вон один, — Ниам указал на ветхий дом на противоположной стороне дороги. — И ещё двое, — на ползущее вдоль покосившегося плетня чернильное пятно. — И ещё, — мелькнуло совсем рядом.

Асгрим едва успел выставить алебарду. Сверкнул серебряный наконечник. Мохнатая тварь с мышиными ушами и уродливым зубастым рылом метнулась в сторону.

— Отвлеките их. Я нашёл, где её держат, — шепнул король и направился к чёрному дому на высоченном фундаменте.

Должно быть, раньше тут жил богатый купец с большим хозяйством и семьёй.

— Слышали приказ? Исполнять! — прикрикнул Асгрим.

Остальные сбились спина к спине и ощетинились копьями.

— Держать строй, пока мы не вернёмся. Шейс за главного!

Асгрим побежал за Ниамом. Что бы король себе ни думал, один он драться не будет!

Ветер сбивал с ног, бросал за шиворот ледяные пригоршни, скрывал всё в белой мгле. Асгрим упрямо преследовал тень своего повелителя. Оскальзывался и снова бежал. Наперерез бросилась ещё одна тварь. Наконечник алебарды разорвал плотную ткань вражеского плаща. Визг. Запах палёной шерсти. Тварь исчезла, как не было. Асгрим прибавил ходу. Едва успел добраться до старческой фигуры, как набросились сразу три твари. Морда гигантского нетопыря оскалилась, ударило кожистое крыло. Асгрим прикрыл короля собой, отогнал одного врага алебардой, второму в нос швырнул мешок с порошком из молотого перца. Третьего огрел по голове узловатым посохом сам Ниам. Священное орудие из белого дуба — Асгрим не думал, что король осквернит древнюю реликвию подобным кощунством.

— Зря пошёл. — Ниам взобрался по ступеням на высокое крыльцо.

Посох грянул об дверь, к дереву прислонилась бледная ладонь короля. Асгрим пятился следом, оглядываясь по сторонам. Ниам выгнулся, впал в транс. Речитативом потекло заклинание. Татуировки на руке ожили и помчались по стенам, оплетая весь дом кружевной лозой. Вспыхнули зелёным, выцвели до бледно-лилового и исчезли. Ниам распахнул глаза и пошатнулся. Асгрим придержал его за плечи.

— Нужно спешить. Я не смог усыпить их надолго, — вырвался из его рук король и толкнул дверь.

Дом был мёртв: пустые комнаты, голые стены, ни шорохов мышей по углам, ни скрипа половиц под ногами, ни даже шума снежной бури на улице не слышно. И пахнет ничем… пустым воздухом, из которого истёрлись все запахи. Движения тоже нет. Только их с Ниамом спешные шаги по лестнице на второй этаж. Слабое биение жизни чувствовалось там, наверху, в центре мертвецкого несуществования.

Король прошёл по узкому коридору на втором этаже и толкнул дверь в самом конце. Асгрим заглянул через плечо.

На смятых простынях лежало тщедушное, бледное до прозрачности существо с синюшными губами и глубокими тенями под глазами. Веки плотно смежены, незаметно даже, как дышит. А ведь всего несколько дней назад оно было цветущей девушкой, которую Асгрим так опрометчиво выпустил из дворца. Ниам тронул её за плечо, но Лайсве не проснулась.

— Что ж, может, оно и к лучшему, — он достал из-за пояса ритуальный кинжал.

Снова зазвучало заклинание, волнистое лезвие оцарапало висок девушки, увитые татуировками пальцы чертили на её коже колдовские знаки.

Не оборачиваясь, король позвал Асгрима:

— Если со мной что случится — забирай остальных и беги.

Асгрим попытался возразить, но голова короля уже запрокинулась в трансе, а глаза закатились белками наружу.

***

Когда я открыла глаза, первое, что увидела — был Найт, сидевший рядом на стуле со склонённой на грудь головой. Он спал. Должно быть, смотрел за мной всю ночь, пока я болела. Бедный.

Я потянулась — движения отдавались сосущей болью и слабостью. Рука с трудом высвободилась из-под тяжёлого одеяла и прикоснулась к щеке Найта, колючей от щетины. Он распахнул глаза и поцеловал мою ладонь. Мрачная тревога покинула его взгляд, а лицо озарила счастливая улыбка.

— Заставила же ты меня поволноваться, — он убрал с моего лба свалявшуюся от пота прядь.

— Кажется, будто по мне табун ненниров проскакал, — отшутилась я.

Из окна на противоположной стене в комнату хлестал яростный свет. Он резал глаза и усиливал пульсацию в голове.

— Всё пройдёт. Как окрепнешь, я увезу тебя в Эльбани. Там тепло, и люди болеют очень-очень редко.

— А как же Вей?

— Мы спасём его. Я же обещал.

— А Хельхейм? Я так хотела увидеть гроб Безликого.

— Ты погубишь себя ради сказки! — голос Найта, прежде столь певучий и успокаивающий, теперь раздражал. Я с кряхтением отвернулась к стене, но он притянул меня к себе и крепко обнял: — Тебе кажется, что я ограничиваю твою свободу и подрезаю крылья, но… Я просто боюсь тебя потерять, особенно после этой демоновой лихорадки. Я не спал три дня.



Светлана Гольшанская

Отредактировано: 17.04.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться