Осколки веков

Размер шрифта: - +

Глава 9 Растаявшие краски

Свежесть наполняла меня, ласкала лицо, едва заметно отражалась в распущенных волосах. Ветерок кружил над волнующейся гладью небольшого озера, покрывающегося с южной стороны слепящей белизной. Там пенились сородичи облачков притаившихся на северной дали голубоглазого неба. Они порождались из ниспадающих косичек водопада, бьющего прямо из скалы. Вода с победным криком свободы освобождалась из   темноты скрывающего ее утеса, радовалась золотому солнцу. Падая вниз разбивалась на приятно прохладные капли, покрытые еле виднеющимся пояском радуги. Каждый ее цвет казался словно потекшим, растаявшим. Холодные капли разлетались по долине, неся за собой определенный оттенок.

Я пристально наблюдала за резкими, но очень меткими движениями руки, сжимающей заостренную с одного конца палку. На ней время от времени повисала трепещущая серебристой чешуей рыбешка. Красный плавник едва  коснулся  воды - последняя надежда на  спасение маленького  существа иссякла, как выпитая до последнего глотка живительная влага фляжки, пробирающимся по песочным барханам путником. Брызги устремились на измокшую полотняную рубашку, закатанную до рукавов. Послышалось довольное фырканье и мой раскатистый смех. Деревяшка опять-таки опустела. Это действо имело вид замкнутого отдельного круга.

Вход в воду - погружение до пояса - выбор цели - захват - освобождение от добычи.

Подперев коленками подбородок засмотрелась на изящно владеющим каждым своим движением, каждым отдельным мускулом Айрата. Молодой человек казался слепленным из проворности и силы. Как непреодолимая преграда стоял он на пути «лесного окуня». Неспешно сбегающие капли очерчивали красивые черты лица, будто слезы, лившиеся против воли, смешиваемые с подступающей осенней прохладой. Его неспешное занятие успокаивало меня. Смеющиеся губы завораживали своей искренностью выражаемых эмоций. Вдалеке шумя, кланялись высокие сосны, незаметно вручая нам с воздушным порывом ключи от счастья, такого вечного, такого желанного, как сама жизнь.

Странно осознавать, что поворот судьбы стал началом новой меня, изменил до неузнаваемости  такую привычную и уютную реальность. Впервые за долгое время не хочется знать завтрашних событий, предшествующих испытаний и сопутствующих им переживаний. Здесь, сейчас, я по-настоящему пробую на вкус свой рок, минуты отведенные для моей персоны. Никто не к чему не обязывает, не просит, наверное, это и есть истина радости.  В данную секунду… Знакомый мотив вспыхивает, пою без былого стеснения, не громко, вкладывая всю себя, чувствуя каждый звук.

- Мы ритмы окон, в которых нет стекол. Мы ритмы улиц, которые не проснулись.*

Прозрачный туман легкой мелодии берет меня за руки, бережно касается век, трепетно шевелит пряди, наклеивает задумчивую улыбку.

- Что это за чудная песнь? - дивиться мой спаситель, наставив много темных пятен на подаренное им платье. Каштановые волосы расправляются, делаясь мокрыми сосульками. 

"Ой!  Застукали! Срочно нужно что-то ответить, а не разглядывать оголенные загорелые руки. Но они же такие красивые... Так! Срочно концентрируйся!" - приказала самой себе.

- Да так, вспомнились знакомые слова, - улыбка становиться гораздо шире, показывая зубки, изначально точившиеся на пойманный улов, который бессовестно был уведен прямо из под носа.

Он бросает пойманную рыбинку Тельнару, с которым я играю в гляделки. Наконец птица щелкает клювом и схватив лежащую на траве добычу прячется за кустиками.

"Жадина! Не очень-то и хотелось!" - мысленно бросаю пернатому.

Айрат садится рядом, выбрасывая импровизированную удочку с клешней рака, вместо крючка, весь такой веселый и пахнущий рыбой, с несколькими чешуйками, запутавшимися среди темных волосинок. Моя рука сама тычет на его голову.  Тут же сверкающие, словно брильянты летописи хордовых сыплются поблизости промокших ног. Заинтересовано поблескивают среди будто бы промелированной желтой краской травы, слушая голос парня.

- Пожалуйста, объясни мне их смысл.

- Человек задает ритм спящим улицам, с его появлением они оживают, напоминая нескончаемые муравейники. В окнах нет стекол потому, что живя среди бесконечной суеты и забот, мы теряем яркость своей души, остается только оболочка. Пропадают настоящие эмоции, все становиться привычкой, - расшифровывая свою точку зрения, ковыряю пальцем отсыревшую землю, прокапывая маленькую дырочку. Учительница литературы всегда говорила о творческих и мечтательных личностях, упоминая их маленькие шалости. Например рассматривание муравьев, извлекания из листиков деревьев «скелетика», и тому подобное. Думаю тогда,  она не просто так изучала мой летающий среди облаков профиль.

- Слова эти скрывают глубинное значение, - я вижу невыразительно застывшую горечь, спрятавшуюся на опущенных уголках рта.

Временами мне кажется, мир средневековья, мир давно забытых величественных королей, строгих монархов, рыцарей с львиными сердцами, преданно любящих дам, не так далек от двадцать первого века.

- То есть, мы рабы подчиненного нами времени? - я поражена услышанным. Неужели простые люди, обычные крестьяне знают секрет успешного устройства государства? Ведают о ключе к безоблачному существованию? То почему мы, люди движущая сила планеты и прогресса не можем пробить путь к независимости? Почему мир всегда должен делиться на управляющих и исполняющих? Рождаемся то мы все одинаковыми, и только жизнь в обществе создает стены между людьми. Значит вот источник всех бед - общество. Фундамент всего цивилизованного света гнилостен?



Валария Кенет

Отредактировано: 04.07.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться