Ведьмин лес

Размер шрифта: - +

Ведьмин лес

Черный «Фокус» мчал сквозь ночь. Дорога была пуста – наш путь лежал в стороне от оживленных трасс и городов.

Я вжалась в кресло, стараясь не смотреть на обочины, мелькавшие в свете фар. Только уверенное, спокойное лицо Ростислава удерживало меня от паники. За три часа он не произнес ни слова. Он вообще ничего не сказал после того, как коротко бросил мне: «В машину». Я хотела спросить, куда мы едем, что случилось, но не решалась – с каждым часом его лицо все темнело. Губы были крепко сжаты, брови сошлись на переносице, он весь был где-то далеко.

Начало вечера не предвещало ничего особенного: темнело,  мы сидели в кафе и уже собирались поехать домой. Выходя, столкнулись с компанией студентов. В этом не было ничего удивительного – отсюда рукой подать до  общежитий. Ребята, не смущаясь, здоровались с Ростиславом и разглядывали меня. Это тоже не удивляло: студентам всегда любопытно, с кем проводит вечера неженатый преподаватель. Ростислав задержался, спрашивал их о каких-то мелочах, без труда вспоминая имена.

И тут прозвучали те самые слова. Кто-то обронил, что Борис с ребятами  уехали к Черному озеру – отдохнуть на природе и «покопать», если получится. Я почувствовала как его спина под моей рукой закаменела. Ростислав не изменился в лице, но стоило двери за нами закрыться, как он почти бегом бросился к своему «Форду».

И вот теперь я ждала развязки, не решаясь прервать молчание.

Мелькнул указатель и автомобиль стал снижать скорость. Мы въехали в деревню. Единственная асфальтированная улица была неосвещена.

Ростислав резко затормозил возле обшитого шифером дома, в окнах которого горел свет. На стук долго не было ответа, но, наконец, послышались шаги. Хозяин, попытавшийся было возмутиться наглостью ночного гостя, сник под тяжелым взглядом. Мне стало жаль дядьку: мало кто мог противостоять моему спутнику, если он чего-то хотел. Я вот не могла.

Приоткрыв окно, я прислушалась. Ростислав расспрашивал о ребятах, которые должны были быть где-то здесь.

Мужик вспомнил их и даже вышел на дорогу показать, в какую сторону ехать. Когда он посмотрел в сторону черневшего вдалеке леса, то замкнулся и поспешил закончить разговор.

Еще полчаса по заросшему проселку, через поле, по лесу, и мы добрались до озера. На самом краю леса стояла избушка, такая ветхая, что оставалось загадкой, почему она до сих пор не развалилась. На берегу стояло несколько палаток и машины. Горел костер, играла музыка, слышался смех. А вот и Борис с компанией.

 

Ростислав быстрым шагом направился к костру. Резкие движения, застывшая спина – даже не видеть лица, чтобы понять, насколько он был зол. Многие вскочили на ноги, когда перед ними внезапно выросла темная фигура преподавателя. Послышались нестройные приветствия. Кто-то подвинулся, предлагая присесть.

– Вам что, другого места не нашлось? Я же предупреждал: на надо сюда ходить! – Я поежилась, радуясь, что его гнев направлен не на меня. Он не кричал – Ростислав относился к тому типу, который в гневе начинает говорить тише, медленнее, вкладывая в слова такую силу, что болезненно впечатывали свою злость в собеседника. – Вы сегодня копали? Вы трогали курган на поляне?

Кто-то закивал, кто-то невнятно утвердительно забормотал.

– Быстро собирайтесь и валим отсюда. Это не игрушки. Как вы думаете, почему местные до сих пор не облюбовали под купания и пикники это место? Или вы считаете, что рассказы про запретный лес – плод воображения суеверных и недалеких людей?

– Некоторые действительно пошли собираться, кто-то, стоял, не решаясь ни возразить ни уйти. Один из ребят шагнул к Ростиславу.

– Почему это мы должны уезжать? Ростислав Игоревич, вы хороший преподаватель, я уважаю вас, но не понимаю, почему должен отчитываться о нашей частной поездке. Никуда мы не уйдем, тут вам не институт.

Я узнала его – это был Борис Погорелов, мы встречались в институте. Ростислав не только читал лекции, но и возглавлял исторический клуб: они с ребятами собирали местные истории, фольклор, диалекты. Пару раз в год Ростислав договаривался о поездках на раскопки. Видимо на этот раз студенты решили сами поискать себе приключений.

Мой спутник хотел ему ответить, но, подавившись почти слетевшими с губ словами, вдруг замер, прислушиваясь. Потом огляделся, с шумом втянул воздух. И изменившимся голосом приказал:

– Быстро в избу. Оставьте вещи, ничего с ними не случится.

Никто не посмел возражать. Даже я, хотя и не была проштрафившейся студенткой, сначала послушалась и только ступив на крыльцо поняла, что делаю. От неожиданности замерла, неловко поставив ногу. Ростислав подтолкнул меня к двери.

– Давай, торопись

Кто-то попытался спросить, чем им поможет старая развалюха, но Ростислав рыкнул и они снова замолчали. Кто-то додумался взять фонарь. Изба на удивление хорошо сохранилась, учитывая, настолько дряхлой она выглядела снаружи. Возле намертво закрытого ставнями окна стоял стол и несколько лавок. Внутри было чисто и те, кому не хватило места, уселись прямо на пол. Дверь с грохотом захлопнулась. Ростислав остался с другой стороны.

Все замолчали, прислушиваясь. Было чувство, что вокруг избушки сгустилась темнота, ужас стал физически ощутимым. Будто черная дыра открылась за стенами. Я огляделась: нет, не только мне так показалось. Кто-то смотрел в пространство, полностью поглощенный своими мыслями, кто-то прятал глаза, не желая показывать страх, а кто-то, напротив, растерянно искал в чужих лицах уверенность. Разум протестовал, не находя объективных причин бояться. Казалось, вот-вот Ростислав откроет дверь, скажет, что это дурацкая шутка и засмеется.

Проходили минуты. Ничего не менялось. Снаружи было тихо. Обстановка по-прежнему оставалась гнетущей, но человек ко всему может привыкнуть. Постепенно лица стали менее встревоженными, а позы – более расслабленными. Кто-то нервно усмехнулся, потешаясь над детским страхом.



Рунгерд Яна

Отредактировано: 04.03.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться





Похожие книги